Categories:

Московское государство как "внутренняя Орда" — 2

Московское государство как "внутренняя Орда"  — 1 

Да, так вот! Но я бы хотел развить эту тему. То есть показать, как и почему московское государство стало причиной и источником всех наших бед и проблем. На эту тему я уже кое-что писал ранее (в том числе о некоторых весьма «странных» явлениях в нашей культуре), но сейчас развитие всего этого зла — исходившего от поганой Москвы и московского государства — можно, так сказать, проследить пошагово.   

Итак, уже к 14-15 веку произошло «возвышение Москвы». И из-под зловонной татарской ордынской задницы вдруг вылезла Москва. И — приведу эти цитаты снова (уж больно они мне понравились) — это привело к тому, что «иго ордынское (иго внешнее) постепенно превратилось в иго московское (иго внутреннее)», и «Орда внешняя в какой-то момент стала нашей внутренней государственной властью властью Москвы». Что это означает? И что из этого следует?

Ну, давайте рассмотрим такой вопрос, как «рабский характер русского народа». На сей счет тоже много всякого было написано — и нами самими (нашей интеллигенцией), и нашими врагами. И допустим, что русский человек попал в татарский плен, а татары, значит, начинают его пытать и мучить.

Так вот, в нашей истории есть множество доказательств того, что никакого «рабского страха и раболепия» перед погаными татарами русские никогда не испытывали. Даже если те их сильно мучили и пытали (а татары русских пленников любили помучить — так как они, даже еще в 16 веке, помня о временах своего ордынского ига, смотрели на русских как на своих рабов или как бывших рабов). Но русские не ломались. И на татар они смотрели с презрением. Плевали им в рожу, издевались над ними (чем бесили тех еще больше). А если такому русскому удавалось бежать из плена (или его из плена выкупали), он выпускал татарам кишки и сек им головы за милую душу и с огромным удовольствием!

То есть русские, сталкиваясь с татарами — в плену или в бою — показывали не только невероятную смелость и мужество, но и столь же невероятное достоинство и волю к свободе. И никаким «рабским духом» здесь, конечно, даже и не пахло. А почему? А потому, что русские прекрасно понимали, что перед ними — враг, их злейший враг. Поганые вонючие татары, к тому же бусурмане-мусульмане.  

А теперь допустим, что перед тем же русским человеком оказывался не поганый татарин, а поганый московит. То есть какой-нибудь московский чиновник или другой «государев человек». Ну, скажем, те же московские опричники времен Ивана Четвертого. И вот эти московские опричники русских людей грабят, насилуют, жгут их дома, насилуют их жен и дочерей, самих русских людей пытают и мучают, самыми страшными пытками. То есть делают с русскими людьми ровно то же самое, что с ними делали татары.  

И что же? И НИЧЕГО. И русский человек перед этими погаными московитами вел себя уже совсем-совсем иначе. Падал им в ноги, молил о пощаде, оправдывался неизвестно за что, что-то там мычал такое невнятное. Или молча терпел все эти издевательства. То есть выказывал себя именно в качестве раба — подлого трусливого раба, лишенного всякого человеческого достоинства и всякого стремления к свободе.

Почему? А именно потому, что перед ним уже были не татары, а московиты. То есть представители московского государства и московского царя. Государства,  которое возникло как вассал и агент Орды, но которое этот русский человек все же считал «своим». И царя московского он тоже все же считал «своим» — «русским» и «православным». Русский мужик не был дураком (хотя перед московитами частенько прикидывался таковым). И он все же понимал, что свое «государство» — какое-никакое — а все же лучше, чем совсем никакого. Хотя бы потому, что только при таком государстве он мог защититься от татар и резать их за милую душу — как, например, при взятии Казани или при битве при Молодях. И именно это нежелание русских людей открыто идти против как бы «своего» государства и «своего» царя парализовало их волю, делало их неготовыми оказывать достойное сопротивление московитам при их насилии и злоупотреблениях. И постепенно превращало их в послушных рабов московского царя и московского государства, готовых мириться с любым общественным злом и любыми общественными пороками, исходившими от Москвы и московитов. 

Понимаете, в чем ужас? Вовне, вокруг русских повсюду сидели татары. Чужой народ, и народ бусурманский. Остатки проклятой Орды. А в тылу у русских сидел московский царь-самодержец (такой же, в сущности, азиатский деспот, как и ханы в Орде), со своими московскими людьми. То есть все та же Орда, но уже под русскими личинами и как бы «православная». И русский человек, находясь между Ордой татарской и Ордой московской, был вынужден подчиняться московитам. Подчиняться рабски. Естественно, при этом где-то подспудно ненавидя это поганое московское государство почти так же сильно, как татарскую Орду. 

Нет, конечно, русские люди иногда поднимали восстания и против Москвы. Бунты и восстания происходили на Москве даже при Иване Четвертом. А чуть позднее этот бунт стал всеобщим и вылился в Великую Смуту. И весь 17 век бунты и восстания происходили постоянно. Но ничего в принципе они изменить не могли — ведь даже после Великой Смуты московское государство было восстановлено почти без изменений (только династия появилась другая).

А московиты? А теперь посмотрим на все это со стороны московитов. Естественно, они прекрасно понимали, что русские в этих обстоятельствах были готовы терпеть очень многое. И, естественно, они этим пользовались. Иван Четвертый никогда бы не смог устроить всю эту кровавую вакханалию на Москве и учредить свою опричнину, если бы он не прочувствовал эту «рабскую покорность» своих русских подданных.  

Да и другие московские чиновники это чувствовали. И, естественно, этим пользовались. Что приводило к огромным злоупотреблениям, воровству, насилию и издевательствам над русскими людьми. Но московиты почти не встречали никакого сопротивления со стороны русских, когда они постепенно усиливали гнет над русским народом (и в итоге они таки обратили его в крепостное рабство).

Пока, наконец, терпение русских не исчерпывалось, и они не устраивали очередной бунт — «бессмысленный и беспощадный». Нет, вовсе не был этот русский бунт «бессмысленным» — в том плане, что у него не было причин. Причины были, и очень веские. И они коренились в самой природе всего московского государства. Этот бунт был «бессмысленным» только в том плане, что он не имел никакой ясной политический цели, так как русские люди просто не понимали, в чем коренятся беды «их» государства, и что в нем нужно изменить, чтобы этих бед избежать. Так что даже Пугачев и Разин либо выдавали себя за царей, либо мечтали посадить на Москве какого-то своего, «народного, крестьянского царя».

Ну, в итоге и посадили. Ульянова-Ленина, с его жидами и большевиками. И этот московский «народный царь» оказался для русских и России много хуже любых прежних царей. Хуже даже Батыя.  

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic