kirill_nav_1

Categories:

Пили бы мы "Баварское"? — 5

Пили бы мы «Баварское»? — (1), (2), (3), (4),

Да, так вот! Таким образом, если для Джугашвили и красной жидобольшевицкой гадины, засевшей в поганой Москве, эта война и победа в ней позволили не только — «сломав позвоночник» русскому народу — еще более укрепить свою власть над Россией и русскими, но и — за счет рабского труда и нищеты миллионов русских людей — распространить свой коммунизм и свое влияние на другие страны и еще несколько десятилетий поддерживать прокоммунистические режимы по всему миру — то для самих русских эта война и победа в ней большевиков стали самой страшной национальной катастрофой и тяжелейшим историческим поражением.  

И в связи с этим возникает вопрос: а могло ли быть иначе? Могли ли русские избежать этой чудовищной катастрофы и всех этих страшных жертв? Или хотя бы уменьшить количество жертв и масштабы разрушений? Ну, вот французы, как известно, во Второй мировой войне просто «решили не воевать». Официально, конечно, это просто немцы «хитро обманули глупых французских генералов», обойдя линию Мажино, после чего буквально за пару недель дошли до Парижа, не встретив почти никакого сопротивления. Но мы же понимаем, что французские генералы вовсе не были такими идиотами. И что феерическая кампания немцев в ходе «странной войны» стала возможной только потому, что французы (как и бельгийцы и голландцы) — которые прекрасно помнили бойню Первой мировой войны — на этот раз решили с немцами не воевать, предоставив это почетное право англичанам и американцам (а те предоставили это почетное право своему агенту Джугашвили в Совдепии — благо ему-то и жидобольшевикам Россию и русских людей было нисколько не жалко). После чего — вплоть до высадки союзников в Нормандии — одна часть Франции всю войну находилась под властью профашистского вишистского режима, а вторая — под прямой оккупацией немцев. И французы большую часть войны, пока большевицкие твари гнали и гнали русских солдат на немецкие пулеметы, спокойненько пили кофе на Елисейских полях вместе с немецкими офицерами. Да, там еще было какое-то полумифическое «сопротивление», а генерал де Голль мужественно «воевал» с немцами, сидя на островах Великобритании — что в итоге позволило позднее вписать французов в число стран-победительниц. Но французам во Второй мировой войне удалось избежать больших потерь и разрушений. Да еще и вписаться в число победителей.

Признаться, я не большой любитель жанра «альтернативной истории», но иногда все же бывает полезным поразмышлять о том, «как могла бы сложиться история, если бы» — и для лучшего понимания истории, и для выработки более правильной оценки каких-либо событий. Так вот, допустим, что немцы все же осенью-зимой 1941 года взяли бы поганую Москву. В этом нет ничего фантастического — не секрет, что немцы были к этому чрезвычайно близки, а их передовые части даже побывали на окрестностях Москвы. И почему немцы осенью 1941 года не решились войти в город — это загадка. Возможно, они побоялись, что Джугашвили устроит им какую-то «ловушку» (по некоторым данным, большевики планировали затопить метро и часть города, но вряд ли это стало бы для немцев смертельно), или сильных городских боев (что тоже глупость — у большевиков не было частей для городских боев, да и самой тактике городских боев они обучились уже позднее). И, кстати, Гитлер — по некоторым воспоминаниям — когда он узнал, что его генералы просто не решились войти в Москву по каким-то своим соображениям, был в ярости и «рвал и метал». 

Так вот допустим, что немцы осенью 1941 года все же вошли бы в большевицкую Москву. Что дальше? 

"А нас-то за шо?!!" Большевички и чекисты, вздернутые на виселице Русской добровольческой армией во время гражданской войны.
"А нас-то за шо?!!" Большевички и чекисты, вздернутые на виселице Русской добровольческой армией во время гражданской войны.

Если бы немцы ввели в поганую Москву свои моторизованные части — отвоевать город обратно у большевиков шансов, понятное дело, было бы ноль. Не было у них для этого ни подходящих боеспособных частей, ни опыта. После чего немцам, разбомбив все подходы к городу и отрезав Москву от других большевицких фронтов, уже не составило бы труда удержать город и закрепиться в нем.

После чего немцы, закрепившись в городе и подтянув дополнительные части, естественно, начали бы устанавливать свою военную администрацию — как они это делали во всех занятых ими городах. А для этого они, первым бы делом, устроили бы охоту на большевичков, комиссаров, гебистов и жидов — с тем, чтобы их немедленно развешать на фонарях или перестрелять (как они опять-таки это делали ранее во всех занятых ими городах Совдепии). А всей этой большевицкой сволочи в Москве было полно — поганая Москва с 1918 года буквально кишела всей этой большевицкой нечистью, как гнилой труп — червями, и была главным гнездом красной гадины. Здесь, именно здесь, эта красная гадина — подобно змею из повести Булгакова — отложила свои роковые яйца. И именно здесь Сатана с 1918 года устраивал свои главные балы. И поэтому, нет сомнений, что уже к Новому году 1941-42 года поганая Москва была бы увешена большевиками, гебистами и комиссарами — висящими на фонарях — словно бы новогодними гирляндами.

Ну, и? Разве это плохо? Да для русских людей это был бы настоящий праздник! Самый лучший Новый год с 1917 года! Русские люди МЕЧТАЛИ об этом вот уже более двух десятилетий — развешать всю эту жидобольшевицкую нечисть на фонарях! Лучшие русские люди в рядах Белой Добровольческой армии три года воевали только ради этого — чтобы очистить Москву и всю Россию от этих красных тварей! И вот! И вот этот долгожданный день настал бы! Да русские люди — немного придя в себя — и сами бы начали отлавливать этих красных тварей, а затем сдавать их немцам, или даже развешивали бы их по собственной инициативе! Ну, вот вздернули бы немцы какого-нибудь жидокомиссара Мехлиса. Плохо, что ли? Вам было бы жалко этого Мехлиса? Правда-правда? Эта большевицкая тварь сотни тысяч русских солдат положил почем зря, а во время Керченской операции так обделался, что даже Джугашвили не выдержал, и отстранил этого своего еврейского ублюдка-любимчика от власти. А тут эту жидобольшевицкую комиссарскую тварюшку немцы первым делом и прихлопнули бы! Как и сотни и тысячи прочих большевицких и комиссарских тварей, которые до этого уже два десятка лет мучили русский народ и всю Россию и к тому времени уже убили миллионы русских людей! И сотни тысяч русских жизней, которые эти твари положили уже в первый год войны, были бы спасены!

Джугашвили. Ну, этой твари, скорее всего, все же удалось бы улизнуть и драпануть. Известно, что уже с сентября 1941 года на московских вокзалах постоянно «под парами» держали несколько поездов — специально для Джугашвили, чтобы он успел драпануть в случае занятия немцами Москвы. Так что этой твари — со своим ближайшим окружением — все же наверняка удалось бы ускользнуть. Куда? Скорее всего — в Самару. Так как известно, что уже в октябре 1941 году для этого ублюдка в Самаре начали рыть специальный бункер — опять-таки на случай, если немцы выкинут большевицких тварей из Москвы (помимо бункера в Самаре, большевики планировали построить такие же бункеры еще в нескольких городах — Сталинграде, Горьком, Ярославле, Ульяновске, Казани и Саратове, но построили к сентябрю 1942 года только еще в Горьком (Нижнем Новгороде) — так что, скорее всего, эта тварь драпанула бы именно в Самару). 

Но в то же время вполне очевидно, что после занятия немцами Москвы, большевицкая сволочь и ее армия были бы уже окончательно деморализованы. Они и без того уже несколько месяцев драпали, не оглядываясь, и практически вся красная армия, которая существовала на июнь 1941 года, к осени уже по сути прекратила свое существование — она была почти полностью уничтожена в многочисленных котлах и окружениях. И при этом большевики потеряли почти всю свою авиацию и тяжелую технику. Так что после взятия Москвы, нет сомнений, немцы довольно быстро взяли бы и Ленинград. И после этого окончательный разгром остатков большевицкой армии уже стал бы только вопросом времени, и исход войны на восточном фронте в целом уже был бы предрешен.

Так что в какой-то момент — вероятно, уже к лету 1942 года — немцы появились бы и в Самаре. И грузинской твари пришлось бы драпать на Урал, а оттуда — в Сибирь. Возможно даже, этой твари удалось бы снова ускользнуть — если бы его не сдали немцам свои же большевики, и даже — например, через Владивосток — переправиться в Лондон, к своим хозяевам, где эта тварь провозгласила бы о создании какого-нибудь «советского правительства в изгнании». Но все это уже имело бы мало значения. По мере разгрома большевиков, нет сомнений, по всей России — включая Урал и Сибирь — поднялись бы антибольшевицкие восстания, и все недобитые немцами части красной армии сдавались бы или начали бы воевать против тех немногих частей (преимущественно — частей НКВД), которые еще сохраняли лояльность большевикам.

Но в любом случае, уже к лету-осени 1942 года для России и русских эта война в целом бы закончилась. С минимальными жертвами и разрушениями. Не было бы этих четырех страшных лет войны, не было бы блокады Ленинграда, не было бы этих гор трупов русских людей, и не было бы всех этих страшных разрушений с тысячами сожженных деревень и десятками разрушенных городов. НИЧЕГО ЭТОГО НЕ БЫЛО БЫ. И уже только поэтому такой вариант истории для русских был бы намного предпочтительней — как и для французов. И при этом Россия была бы полностью очищена от жидобольшевицкой нечисти. Уже тогда. И навсегда.

Что дальше? Чем бы в итоге при таких раскладах закончилась Вторая мировая война? И какая судьба ждала бы русских под немецкой оккупацией?         

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic