kirill_nav_1

Category:

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм. — 68

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм: (1), (2), (3), (4), (5), (6), (7), (8), (9), (10), (11), (12), (13), (14), (15), (16), (17), (18), (19), (20), (21), (22), (23), (24), (25), (26), (27), (28), (29), (30), (31), (32), (33), (34), (35), (36), (37), (38), (39).

Уточнение метафизики из современной физики: (40), (41), (42), (43), (44), (45), (46), (47), (48).

Путь к синтезу философии Аристотеля и Канта: (49), (50), (51), (52), (53), (54), (55), (56), (57), (58), (59), (60), (61), (62), (62), (63), (64), (65), (66), (67),

Таким образом, квантовая механика, утверждаем мы, нуждается в каком-то общем представлении, в рамках которого мы сможем объяснить все «странности» и «парадоксы» квантовой механики как естественные следствия, вытекающие из такого представления. Примерно так же, как когда-то в астрономии только с переходом к гелиоцентричной модели Коперника очень сложная «небесная механика» Птолемея, полностью привязанная к наблюдениям с Земли, приобрела вполне ясный смысл, а довольно сложные и замысловатые движения планет, наблюдаемые наблюдателем с Земли, стали описываться в рамках гелиоцентричной модели просто как результат вращения Земли и циклического движения планет вокруг Солнца. 

Но если суть «переворота Коперника» состояла в том, что Коперник стал рассматривать движение планет не с точки зрения наблюдателя Земли, а из некоего «абсолютного» (объективного) пространства, то разрешить «странности» и «парадоксы» квантовой механики, утверждаем мы, можно только при введении представления о некоем «абсолютном времени» (в терминологии Ньютона) — или М-времени (в нашей терминологии). И уже только исходя из такого взгляда можно будет дать адекватную интерпретацию квантовой механике — сначала философскую, а затем уже и физико-математическую. Причем рассматривать это М-время следует не просто как философскую абстракцию или чисто формальную физико-математическую модель, а как реальность — поскольку слишком многое в самой квантовой механике (в частности, нелокальность многих ее явлений) указывает на то, что мы имеем дело именно с чем-то вполне реальным, что постоянно проявляется в нашем физическом мире, и что в нынешних представлениях физики полностью отсутствует.

Я все искал хороший пример для того, чтобы представить, что такое два спутанных фотона. Но лучший пример — это не маятник и даже не карусель. Это, конечно, две одинаковые шестеренки, вращающиеся в противоположных направлениях и связанные друг с другом "зубцами".
Я все искал хороший пример для того, чтобы представить, что такое два спутанных фотона. Но лучший пример — это не маятник и даже не карусель. Это, конечно, две одинаковые шестеренки, вращающиеся в противоположных направлениях и связанные друг с другом "зубцами".

Поэтому для начала нам нужно понять, как, каким образом, это М-время присутствует в физическом мире — в том числе для квантовых объектов. И, как мы показали ниже, для квантовой системы самый простой и естественный способ задать и определить это М-время для себя состоит в том, чтобы задать это М-время через какой-то циклический процесс, через вращение. В этом смысле определение времени в квантовых системах ничем не отличается от того, как задается время в макромире и в нашей обыденной жизни, так как в макромире время также задается через вращение — через вращение небесных тел. Однако принципиальным отличием квантовых систем от макросистем является то, что это «вращение» происходит не в пространстве и не в гравитационных полях, а в самом времени, без относительно к каким-либо локальным системам отсчета и к локальному пространству. 

А вот такая квантовая система возможна?
А вот такая квантовая система возможна?

И, таким образом, ход М-времени — которое всегда и везде одинаково и «течет» равномерно — уже существует для квантовой системы как ее собственное время, которое задается неким «вращением» в самой квантовой системе. М-время из чего-то внешнего и объективного, при «вращении» квантовой системы уже становится чем-то «внутренним» для этой квантовой системы, что позволяет ей существовать во времени как некое отдельное бытие среди других физических систем, и все эти физические системы существуют в одном М-времени, которое в итоге выступает тем, что синхронизирует все физические системы и все их возможные взаимодействия. 

А вот такая?
А вот такая?

Но для того, чтобы задать какой-то циклический процесс, какое-то вращение, нам нужны, как минимум, две величины — так что одна из них будет оставаться неизменной, а вторая будет меняться относительно нее циклическим образом, или же обе эти величины будут совершать циклические изменения относительно друг друга. В квантовых системах, очевидно, М-время — уже как их собственное время — задается вторым способом, когда меняются две величины, дополнительные друг к другу, а «чистое состояние» квантовой системы представляет собой колебания этих величин относительно друг друга. И эти две величины в квантовой механике определяются как дополнительные (некоммутирующие). А само это «чистое состояние» в квантовой механике математически в матричной форме описывается как «вектор состояния» квантовой системы в гильбертовом пространстве.

А такая?
А такая?

Далее, здесь важно также понимать, что хотя через этот «вектор состояния» М-время уже задано для самой квантовой системы — как ее собственное время, в ее «чистом состоянии» — это время еще не является чем-то определенным. В своем «чистом состоянии» квантовая система уже соотнесена с М-временем и поэтому уже существует в этом М-времени, но в локальном времени и пространстве это ее состояние еще никак не определено и не задано — а потому это ее «чистое состояние» является принципиально нелокальным. 

А вот такая?
А вот такая?

В самом деле, ведь если мы, например, придадим вращение какому-то однородному кольцу, каждая точка которого неотличима от другой точки кольца, то, хотя это кольцо уже и будет находиться во вращении, задать и определить это вращение мы еще не сможем. Для этого нам нужна либо какая-то точка в самом кольце, отличимая от всех других его других точек, либо какая-то точка или поверхность вовне, при соприкосновении с которой одной своей точкой кольцо получит точку отсчета для определения своего вращения. 

Поэтому определенное состояние квантовая система может получить только при взаимодействии с другими физическими системами, относительно которых ее «вращение» в М-времени получит локальное определение — относительно локального пространства и локального времени. То есть только тогда, когда М-время одной квантовой системы — как оно задано в этой квантовой системе (через ее «вращение» в М-времени) —  будет соизмерено с другим М-временем, другой квантовой системы или какой-либо локальной макросистемы. И только таким образом М-время — так сказать, через соизмерение себя самого в результате взаимодействия двух разных физических систем — превращается в Л-время, которое уже может быть измерено как нечто определенное, как некая величина. Это касается любых физических величин — чтобы получить свое определенное значение, физическая величина должна быть соизмерена с другой такой же физической величиной. И при этом, естественно, это соизмерение всегда носит уже относительный и локальный характер.  

Так, например, чтобы задать расстояние, нам нужна физическая система, которая имеет эту величину (длину), и нужна другая физическая система, имеющая длину. Первая физическая система — которую мы можем выбрать в качестве «эталона длины» — сама по себе, без соизмерения ее с какой-либо другой длиной, есть полная неопределенность, в том смысле, что мы не можем даже сказать, насколько «велика» или «мала» эта величина. Мы можем только условно принять ее значение за «единицу» — за «единицу длины». И только при соизмерении ее с длиной другой физической системы эта «единица длины» получает какой-то определенный физический смысл — то есть и сама становится чем-то определенным, и придает определенность длине той физической системы, с которой она соизмеряется. 

Все то же самое можно сказать и о вращении. Кольцо, быть может, и вращается объективно, но чтобы определить это вращение, нам нужно задать какую-то точку на кольце, относительно которой мы сможем определять его вращение — через величину его угловой скорости или фазу вращения. И сделать это можно только через взаимодействие с кольцом — то есть «коснувшись» этого вращающегося кольца. То есть определенность в фазе «вращения» квантовой системы (фазе волновой функции) может наступить только при измерении этой квантовой системы или при ее взаимодействии с другой квантовой системой (причем здесь важна даже не фаза, а разница в фазах). 

Поэтому любое измерение квантовой системы меняет фазу ее «вращения» в М-времени (фазу волновой функции). И именно это и является причиной т.н. декогеренции волновой функции при взаимодействии квантовой системы с окружающей средой или при ее измерении: любое измерение задает для квантовой системы новую точку отсчета времени в ее «вращении» («вращении» в М-времени), в результате чего происходит мгновенный сдвиг фазы вращения (фазы волновой функции). Ну, то есть если, допустим, вращение у нас описывается через синусоиду во времени, где время откладывается по горизонтальной оси, то при измерении мы просто мгновенно меняем точку отсчета времени — то есть сдвигаем вертикальную ось вправо или влево, и тем самым меняем фазу этой синусоиды.  

Вообще же, здесь важно понимать, что любое измерение, как я отметил выше, есть соотнесение двух величин. Измерение — это всегда соизмерение, то есть всегда отношение. И поэтому момент «относительности» присутствует при любом измерении. Локальные физические системы возникают и существуют как взаимодействие отдельных физических систем, соизмерение отдельных физических систем, составляющих эту локальную физическую систему. И поэтому в нашем эмпирическом мире нет «абсолютных» физических величин, и вся окружающая нас эмпирическая реальность поэтому относительна — как относительны всякие измерения. Это не значит, что физических величин объективно нет совсем, это лишь значит, что вне измерения или наблюдения они для нас есть неопределенность, а любое измерение — как взаимодействие двух или более физических систем — подразумевает не измерение какой-то абсолютной величины, которая существовала той же самой до измерения и которую мы, вот, в результате измерения установили и определили, а подразумевает соизмерение измеряемой величины с величинами той системы, посредством которой происходит это измерение.

Этот факт вроде бы вполне очевиден — ведь, как я показал в примере выше, даже измерение длины (расстояния) есть соизмерение двух величин (двух длин) двух физических систем. Но если в макромире это измерение чаще всего не слишком сильно влияет на измеряемый объект и его измеряемую величину, и поэтому нам кажется, что мы измеряем какую-то объективно существующую величину, как некое его объективное «свойство», то в микромире измерение оказывает решающее влияние на квантовый объект, и поэтому измерение существенным образом влияет на все его дальнейшее поведение и на его «свойства», причем это поведение уже зависит от той физической системы, в которой или посредством которой происходит измерение. 

Тем не менее, здесь важно также избегать другой крайности, крайности субъективизма и солипсизма, полагая, что у квантового объекта вообще нет никаких объективных свойств и величин. Они есть, но они все существуют в М-времени, и для всех физических систем эти свойства и величины квантового объекта существуют как неопределенность. И определенность наступает только при измерении или взаимодействии с этим квантовым объектом, а полученные результаты зависят от свойств той физической системы, с помощью которой производится измерение квантового объекта. 

В самом деле, ведь если нам в примере с кольцом нужно измерить его угловую скорость вращения с помощью другого вращающегося кольца, то, очевидно, результаты измерения будут зависеть и от того, с какой скоростью и в каком направлении вращается это второе кольцо. Если второе кольцо вращается в том же направлении, что и измеряемое кольцо (например, по часовой стрелке), то измеренная угловая скорость первого кольца будет больше, а если они вращаются в противоположных направления, то меньше. А если их угловые скорости будут при этом равны, то вращение этих колец будет синхронным — подобно вращению двух колес с шестеренками в каком-нибудь механизме. Что, видимо, и происходит в явлении двух спутанных фотонов — они вращаются как две одинаковые шестеренки, связанные друг с другом, с одной угловой скоростью и в одной фазе вращения, но в разных направлениях (как на первом рисунке выше), тем самым задавая для себя М-время одинаковым образом, как общее для них собственное время.   

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic