kirill_nav_1

Categories:

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм. — 52

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм: (1), (2), (3), (4), (5), (6), (7), (8), (9), (10), (11), (12), (13), (14), (15), (16), (17), (18), (19), (20), (21), (22), (23), (24), (25), (26), (27), (28), (29), (30), (31), (32), (33), (34), (35), (36), (37), (38), (39).

Уточнение метафизики из современной физики: (40), (41), (42), (43), (44), (45), (46), (47), (48).

Путь к синтезу философии Аристотеля и Канта: (49), (50), (51),

Таким образом, в основе всех физических процессов лежит процесс «синхронизации времени и пространства» — то есть соотнесение локального времени и пространства локальных физических систем с единым Мировым временем и единым Мировым пространством. И этот процесс происходит просто потому, что любая физическая система актуально существует в локальном пространстве и времени, и это локальное пространство и время не существуют изолированно, а есть лишь локализация единого для всей Вселенной Мирового времени и Мирового пространства. Иначе говоря, это происходит просто потому, что наш мир — как мир материальный — един и один и тот же для любой локальной физической системы, и это его единство обусловлено единым Мировым пространством и единым Мировым временем. 

Но что означает эта «синхронизация» пространства и времени? Она означает соотнесение локального бытия локальных физических систем к единому Мировому времени и Мировому пространству — то есть некие правила упорядочивания бытия локальных физических систем в пространстве и времени. ПРА-ВИ-ЛА. Понимаете? Правила упорядочивания. То есть, говоря иначе, «законы». Да-да-да! Те самые «законы природы» или «законы физики», которые и изучает физика.

Отсюда следует, что все «законы природы», которые «открывает», формулирует и описывает физика, есть лишь правила упорядочивания актуального бытия различных физических систем (форм материи) в пространстве и времени. То есть что все «законы природы» в основе своей вытекают просто из факта существования единого для всех физических систем Мирового времени и Мирового пространства. Именно Мировое время и Мировое пространство и есть тот «законодатель», который предписывает материи все ее «законы», нарушить которые материя и отдельные материальные вещи (физические системы) в принципе не могут — так как «соблюдение» этих «законов» вытекает просто из того факта, что любая материальная вещь существует в пространстве и времени, то есть вытекает из самой природы материи и материального мира. 

Ранее, когда мы касались вопроса природы нашего мышления и разума, и когда мы очертили только самые общие контуры нашей философии, мы объяснили возможность рационального познания мира нашим разумом тем, что в основе нашего разума лежит ratio, которое есть основа единства всего нашего разума и сознания, а деятельность нашего разума поэтому есть подведение через понятия и категории нашего разума всего эмпирического опыта под единство нашего разума. При этом мы также признали, что наличие этого ratio в нашем разуме еще не является достаточным условием для возможности нашего рационального познания мира, и что для этого и в объективном мире должно быть свое Ratio. Но это объективное Ratio, утверждали мы, ни в коем случае нельзя понимать как некий «разум» или «ум», подобный человеческому разуму, который существует объективно — как нередко объяснялась возможность нашего рационального познания мира и существование законов в природе в философии. Это объективное Ratio нашего мира, говорили мы, есть лишь объективное Единство нашего мира, а это Единство есть бытие нашего мира, и ничего больше.

И вот теперь мы делаем еще один большой шаг в нашей метафизике, и теперь мы уже можем вполне определенно сказать, как это объективное Ratio нашего мира, исходящее из бытия, присутствует в материи и в нашем действительном мире, что оно есть такое, и как и почему материя,  — сама по себе, конечно, будучи совершенно «безмозглой», — подчиняется этому Ratio. Все оказалось очень просто: объективное Ratio объективного материального мира есть единое Мировое время и Мировое пространство. И именно они и задают все правила бытия материальных вещей в отношении друг друга — то есть именно они являются источником всех «законов природы».   

Это важнейший момент для всей нашей метафизики и философии в целом, так как теперь мы понимаем не только то, как бытие и материя — как два «начала» нашего действительного мира вещей — «соединяются» вместе (то есть как материя становится причастной бытию, и как бытие получает свое «воплощение» в материи), но и понимаем, что есть это объективное Ratio нашего мира — то есть что упорядочивает наш мир, придавая ему видимость неких необходимых «законов», которым следует любая материальная вещь. Нет, вовсе не какой-то космический Нус или пантеистический Разум придает нашему миру упорядоченность и некие правила — которые мы называем «законами природы». Всякую упорядоченность нашего мира и все его «законы» задает единое Мировое время и единое Мировое пространство. Они и есть тот объективный «Разум» нашей Вселенной, тот «законодатель», который «предписывает» материальным вещам свои «законы».   

Это ключ к решению большинства проблем философии. И это ключевой момент для осуществления синтеза метафизики Аристотеля с гносеологией Канта. Но что из этого следует для нашей метафизики и гносеологии и как осуществляется этот синтез — этот вопрос мы более подробно рассмотрим далее, пока же мы снова обратимся к физике — чтобы лучше понимать, как происходит эта синхронизация пространства и времени в локальных физических системах.

Дело в том, что указанный вид потенциального бытия — когда объект нашего наблюдения исчезает или отсутствует в поле нашего зрения, и его существование поэтому представляет для нас некую неопределенность — конечно, не является единственным. В сущности, даже если мы ведем постоянное наблюдение за объектом (хотя бы во время проведения эксперимента), его свойства и проявления этих свойств — как результаты наблюдения и измерения — еще не есть сам этот объект. И не только потому, что любой наблюдаемый нами физический объект, как часть нашего актуального эмпирического опыта, уже существует для нашего сознания, как физическая система, а не как объективная материальная реальность, — но и потому, что поведение этого объекта уже соотнесено с физической системой наблюдателя.

Это тот момент, который пытались выразить представители «копенгагенской интерпретации», и в целом они вполне правильно уловили этот аспект в квантовой механике (да и не только в ней), но их ошибка состояла в том, что они обобщили этот момент на все возможные измерения и на любой опыт, без различения, какая квантовая система и при каких условиях наблюдается и измеряется. Так что в итоге из такого взгляда следовал вывод, что человек — то есть наблюдатель — чуть ли не полностью определяет момент и результаты измерения, и чуть ли не с помощью своего сознания. 

Но квантовые объекты разные, и волновая функция — как функция вероятности — может иметь совершенно разный физический смысл. Так, в случае распада атома (как в мысленном эксперименте с котом Шредингера), Пси-функция описывает лишь вероятность двух состояний атома (распада и нераспада), обозначая неустойчивость состояния ядра, и при этом исходное состояние атома является для нас вполне определенным (нераспад), а сам атом в любой момент времени может находиться только в одном из этих двух состояний, так как после распада этот процесс — описываемый на математическом языке как «схлопывание» Пси-функции — уже является необратимым. Поэтому ни в какой момент времени никакого «смешения» двух этих состояний атома не происходит, и он всегда актуально находится только в одном из этих двух состояний. Конечно, распад ядра также вряд ли является «мгновенным» процессом, и мы можем даже допустить, что атом в какой-то момент времени может начать «чуть-чуть распадаться», а потом «передумать», — как из примера ниже человек, идущий по узкому мостику, может на какое-то мгновение потерять равновесие, но потом все же удержаться и не упасть. Но это все же вполне определенный процесс, и даже здесь нет никакого «смешения» двух состояний. 

И здесь неопределенность состояния атома возникает именно по причине того, что за ним не ведется постоянного наблюдения, так что для физика (и его друзей) эта неопределенность существует (в их головах) как равная вероятность того, что атом распался и не распался, и существует до тех пор, пока они не произведут наблюдение. Но объективное актуальное состояние атома и объективное «схлопывание» Пси-функции, конечно, никак не зависят от того, проводится измерение или нет, и в какой момент оно проводится.

Но та же волновая функция описывает и другие квантовые объекты, в разных состояниях. Например, положение электрона (или электронов) в атоме или поведение электрона в свободном пространстве. И физический смысл волновой функции — квадрат которой дает вероятность нахождения частицы в какой-либо области пространства — здесь, очевидно, уже совершенно другой. Хотя бы потому, что — в отличие от случая с распадом атома — у нас нет исходного положения квантовой системы, и волновая функция описывает не вероятность двух состояний квантовой системы, а локализацию электрона в пространстве.               

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic