kirill_nav_1

Categories:

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм. — 51

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм: (1), (2), (3), (4), (5), (6), (7), (8), (9), (10), (11), (12), (13), (14), (15), (16), (17), (18), (19), (20), (21), (22), (23), (24), (25), (26), (27), (28), (29), (30), (31), (32), (33), (34), (35), (36), (37), (38), (39).

Уточнение метафизики из современной физики: (40), (41), (42), (43), (44), (45), (46), (47), (48).

Путь к синтезу философии Аристотеля и Канта: (49), (50),

Таким образом, обозначив три «вида» актуальной реальности (1. Реальность нашего сознания и мышления вне их отношении к актуальному (внешнему) эмпирическому опыту; 2. Реальность актуального эмпирического опыта — данного нашему сознанию и уже существующего, конечно, в нашем сознании; 3. Реальность объективного материального мира, Вселенной или ее какой-то ее части, которые в нашем актуальном опыте даны нам всегда лишь частично), мы обозначили и первый «вид» потенциального бытия. И это то, как актуальная реальность материального мира в целом, Вселенной, или актуальная реальность какой-либо части этого материального мира существуют вне нашего опыта и вне нашего сознания.

На первый взгляд, здесь вроде бы «все просто и ясно». В самом деле, в глубокой древности еще могли появляться воззрения, что Солнце в конце каждого дня погибает в пасти какого-нибудь крокодила, и каждое утро снова вырывается из этой пасти, — то есть что актуальное бытие Солнца как-то прерывается и восстанавливается снова. Но уже очень давно и у большинства народов возникло понимание, что Солнце, восходящее каждое утро и заходящее каждый вечер — это одно и то же Солнце, и его актуальное бытие никуда не исчезает, и если Солнце по ночам исчезает из нашего вида, то связано это только с тем, что оно исчезает из нашего опыта, из зоны видимости наших наблюдений.

Однако, как мы установили при рассмотрении мысленного эксперимента с «котом Шредингера», это простейшее отношение актуального и потенциального бытия, при рассмотрении более сложной физической реальности и более сложных физических систем — атомов и квантовых систем — все же создает для физиков огромные сложности и порождает среди них большие глупости. Ведь согласно «копенгагенской интерпретации», «схлопывание» Пси-функции, описывающей состояние атома, происходит только в тот момент, когда мы начинаем наблюдать атом и кота, а до этого момента актуальное состояние атома и кота носит объективно неопределенный характер. 

Но проблема здесь, с философской точки зрения — ровно та же самая, что и при наблюдении Солнца, и состоит она именно в том, что актуальный материальный мир, находясь вне нашего актуального эмпирического опыта и наблюдения, существует для нас всегда уже только как потенциальное бытие, и поэтому приобретает для нас характер «неопределенности». И то, что Пси-функция описывает состояние атома как вероятность, не меняет здесь ничего — это уже совсем другая проблема, связанная с тем, что состояние атома — в отличие от Солнца — может измениться непредсказуемым для нас образом, и атом может объективно распасться. Это понял даже кретин Эйнштейн, который — в отличие от многих физиков того времени, увлекавшихся позитивизмом — исходил все же из философского реализма, и однажды в разговоре с другим физиком, представителем «копенгагенской интерпретации», произнес: «Вы и вправду думаете, что Луна существует, лишь когда вы на нее смотрите?» 

Более того, как нетрудно понять, эта же проблема, в сущности, лежит и в основе всей релятивистской механики. В самом деле, ведь в основе релятивистской механики и всех вытекающих из нее «релятивистских эффектов» лежит экспериментально доказанный и теоретически обоснованный факт, что любая информация от одной физической системы (системы отсчета) до другой физической системы (системы отсчета) распространяется в пространстве с ограниченной скоростью (скоростью света). Но что это означает с философской точки зрения, то есть в рамках рассматриваемого нами вопроса о соотношении актуального и потенциального бытия? Это означает, что актуальное бытие одной вещи для другой вещи вовсе не есть некий неизменный и постоянный факт, и что актуальное бытие вещей друг для друга, существующих как локальные системы отсчета, обуславливается фактором времени и пространства, и поэтому может существовать по-разному.

То есть, допустим, где-то далеко-далеко существует некая звезда, и мы о ее существование ничего точно не знаем, но по каким-то косвенным признакам догадываемся, что в этой области пространства может или должна существовать звезда. Мы с этой звездой существуем в одной актуальной материальной реальности, но в нашей реальности эмпирического опыта этой звезды нет. И вот, в какой-то момент, в этой звезде происходит яркая вспышка, и свет этой звезды — через миллионы земных лет — наконец, достиг планеты Земля, и эту вспышку зарегистрировали астрономы. Для астрономов регистрация этой вспышки есть их актуальный эмпирический опыт, однако сама эта вспышка звезды произошла как актуальное событие миллионы лет назад. И, таким образом, это событие — вспышка звезды — одновременно существует и как актуальное событие (для астрономов), и как событие уже прошлое, неактуальное (для самой звезды).

И в основе этой проблемы, как и в основе релятивистской механики, или проблемы наблюдения за котом Шредингера, или проблемы наблюдения за Солнцем, как нетрудно понять, лежит все та же проблема  — проблема физическая и проблема философская: что актуальная реальность материального мира-в-целом и отдельных его локальных областей для других областей этого мира и для человека, как части этого материального мира, существует по-разному. А в основе самой этой проблемы, как опять-таки нетрудно понять, лежит все та же проблема пространства и времени, когда всякая физическая система существует локально, в своем времени, но при этом она является частью Вселенной как одной и единой физической (материальной) системы, связанной воедино пространством и временем.  

При этом, думаю, даже физики согласятся с тем, что наша Вселенная — как физическая (материальная) реальность — существует актуально в любой момент времени (по крайней мере, с момента т.н. Большого взрыва) — то есть существует в едином Мировом Времени. И это единое Мировое Время — одно для всей Вселенной, как и для любой отдельной физической системы, и это то, что, наряду с пространством, делает нашу Вселенной чем-то единым, связанным. 

В физике в какой-то момент был принят постулат, что в нашем мире нет абсолютной системы отсчета. И это правильно — в том смысле, что ни одна локальная физическая система, с которой мы можем связать систему отсчета, не является «привилегированной» по отношению к каким-либо другим системам отсчета. И поэтому в каждой такой системе отсчета время носит «локальный» характер, то есть зависит от свойств этой системы (например, гравитационного поля, в котором находится эта система) и ее отношений с другими системами отсчета (например, от ее скорости движения относительно других систем отсчета).

Однако из этого вовсе не следует, что единого Мирового Времени не существует, то есть что Вселенная не существует актуально в любой момент времени (момент времени, определяемый в какой-либо локальной системе отсчета), это лишь означает, что это Мировое Время «распадается» в локальных системах отсчета на локальное время, и в каждой локальной системе течет и задается по-разному. Соответственно, и понятие актуальной реальности — реальности в данный момент времени настоящего — приобретает более сложный характер, и в терминах физики эта проблема приобретает форму проблемы «одновременности» событий.

Но что означает эта проблема «одновременности» событий? Это как раз и есть проблема «синхронизации времени», о которой я говорил ранее. То есть проблема синхронизации времени в какой-либо локальной системе отсчета со временем в другой локальной системе отсчета, так что время в обеих этих системах отсчета получает общее, единое для них, определение. То есть приводится к общему для них времени, через которое уже определяется актуальная реальность. А это ведь и значит, что время в локальных системах отсчета приводится к какому-то более общему и единому времени, и, если рассматривать эту проблему более широко, — и уже скорее как проблему философскую, нежели проблему, собственно, физики, — как проблему времени для любых локальных областей нашей Вселенной, то станет ясно, что проблема «синхронизация времени», в сущности, и есть проблема определения единого для всей Вселенной Мирового Времени. И тогда многие физические процессы и явления становятся проявлением именно этого процесса — процесса синхронизации единого Мирового Времени в локальных физических системах.

Но само существование локальных систем отсчета — которые, будучи локальными, все являются частью одной Вселенной — очевидно, возможно только благодаря пространству, которое одно и едино для всей Вселенной, но «распадается» на локальные области пространства. И хотя мы и здесь можем говорить об отсутствии абсолютной системы отсчета — в данном случае в отношении пространства — очевидно, поскольку все локальные системы отсчета связаны между собой не только через время, но и пространство, мы можем говорить о Мировом Пространстве, едином и общем для всей Вселенной.

И тогда практически все (если не все вообще) физические процессы следует понимать как процесс синхронизации Мирового Времени и Мирового Пространства в локальных физических системах и связанных с ними локальных систем отсчета. Единство времени — Мирового Времени — и единство пространства — Мирового Пространства — таким образом, оказывается причиной всех физических процессов, всего того, что происходит с материей и материальным миром.

И здесь нет принципиальной разницы, рассматриваем ли мы процесс восхода и захода Солнца, или процесс регистрации вспышки какой-то очень далекой звезды, который актуально, в лаборатории на Земле, произошел миллионы лет спустя с момента актуальной вспышки самой звезды (в ее локальной системе отсчета), или же мы рассматриваем движение электрона в коллайдере на околосветовой скорости — так что, как нам представляется, движение этого электрона есть для нас актуальный опыт. Но нет — регистрация этого движения в нашей системе отсчета (с помощью каких-то приборов) все же происходит с «запозданием» по сравнению с актуальным движением электрона в его собственной системе отсчета — пусть и не с таким большим, как при регистрации вспышки далекой звезды. И именно из-за этого «запоздания» между двумя актуальным событиями — актуальным движением электрона и актуальной регистрацией этого движения нами в нашем опыте — и возникает релятивистский эффект.

Но в основе всех этих физических явлений и процессов — одна и та же причина, которая состоит в том, что одно и то же актуальное событие может существовать по-разному для разных локальных физических систем. И существует оно по-разному потому, что разные физические системы, которые имеют свое независимое объективное актуальное бытие, все существуют в одном мире, в одной Вселенной, в одном и едином Мировом Времени и в одном и едином Мировом Пространстве, и поэтому локальное время и пространство этих физических систем должны быть синхронизированы. 

И это — условие уже не материи. Это условие, исходящее из бытия. Это то, что является необходимым условием для всего материального мира и любой физической системы, чтобы они могли существовать, быть причастными бытию. А быть причастным бытию — значит, быть единым и принадлежать к Единству мира в целом. Иначе говоря, единство Мирового Времени и Мирового Пространства — это условие существования материи и материального мира как мира действительного, причастного бытию. И только благодаря этому — единому Мировому Времени и единому Мировому Пространству — материя, в своих формах и локальных физических системах, становится чем-то сущим, действительным, и, становясь посредством времени и пространства причастной бытию, порождает действительный мир — мир сущего, мир сущих вещей.   

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic