kirill_nav_1

Category:

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм. — 50

Моя философия. Трансцендентальный тринитарный реализм: (1), (2), (3), (4), (5), (6), (7), (8), (9), (10), (11), (12), (13), (14), (15), (16), (17), (18), (19), (20), (21), (22), (23), (24), (25), (26), (27), (28), (29), (30), (31), (32), (33), (34), (35), (36), (37), (38), (39).

Уточнение метафизики из современной физики: (40), (41), (42), (43), (44), (45), (46), (47), (48).

Путь к синтезу философии Аристотеля и Канта: (49),

Таким образом, говоря об актуальной реальности, мы под этим можем понимать две реальности: 1). Реальность нашего актуального эмпирического опыта — и эта реальность, конечно, уже есть реальность нашего сознания, и в этой реальности уже присутствует деятельность нашего сознания и мышления, с их формами восприятия, понятиями, категориями и т.д. 2). Реальность нашего мышления без соотнесения к непосредственному актуальному опыту. Так, математик может размышлять о каких-то проблемах математики в своем уме, и эта деятельность его мышления будет происходить во времени, актуальном времени, но это его мышление не будет соотнесено с каким-либо актуальным эмпирическим опытом этого математика. 

И это обстоятельство — что мы можем мыслить (и при этом мыслить предметно) без относительно к какому-либо актуальному опыту (или к какому-либо опыту вообще — как в математике) — кстати сказать, является косвенным опровержением учения Канта о том, что пространство и время есть только формы нашего сознания. Ведь тогда для того, чтобы мыслить, нашей «душе» (сознанию) пришлось бы каким-то образом «производить» из себя форму актуального времени, в котором происходит процесс мышления. Причем это «производство» времени нашей «душой» должно было бы происходить неосознанно. Но почему учение Канта о пространстве и времени является ошибочным, и в чем состоят эти ошибки — этот вопрос я более подробно рассматриваю при дальнейшем изложении моей философии.

А пока вернемся к актуальной реальности. И из того, что есть актуальный эмпирический опыт — как мы его определили чуть ранее — следует, что имеет смысл различать материальный мир и физический мир, материальную реальность и физическую реальность. В самом деле, ведь в своем эмпирическом опыте мы никогда не имеем дело непосредственно с материей — с материей имеет дело только наше тело, а в нашем сознании этот материальный мир уже присутствует как реальность нашего сознания. Любой эмпирический опыт — это то, как мы воспринимаем материальное воздействие окружающего мира на наше тело (или на наши приборы), но это восприятие уже не есть сам этот материальный мир.

Соответственно, и все наши представления о материальном мире, которые мы выстраиваем с помощью нашего разума (включая наши математические представления), уже описывают физическую реальность, физический мир,  а не мир материи как таковой. И поэтому все наши физико-математические теории — столь же математические, сколь и физические, так как они выстраиваются нами на основе нашего эмпирического опыта, который уже есть реальность физическая.

Это разграничение между понятиями «материальное» и «физическое», быть может, не имеет столь уж важного значения для самой физики, но для философии это разграничение очень важное и необходимое, так как мы тем самым показываем, что «материальный мир» и «физический мир» — это не одно и то же, это две разные реальности. В частности, отсюда становится более понятно, почему определение того, что есть «физическая система» в физике носит довольно условный характер. Ведь что под этим понимать, определяют уже сами физики, в соответствии с какими-то своими критериями (стабильностью состояний каких-либо «физических систем», или удобством их описания). То есть здесь уже присутствует не только учет каких-то объективных особенностей физической реальности, которую описывают физики, но и «произвол», вносимый нашим разумом. Так, например, «систему отсчета» при рассмотрении какой-либо физической системы мы можем выбрать вполне произвольно, как нам это удобно, но при этом выбор системы отсчета все же производится с учетом объективных свойств физической системы.

И тогда под «физической реальностью» следует понимать не только актуальный эмпирический опыт (какого-то человека или физика), но и то, как эта физическая реальность уже существует для нашего разума, со всеми его математическими представлениями и теоретическим знанием и теоретическими представлениями, а также наши представления о том, как эта физическая реальность соотнесена с материальной реальностью, и здесь уже всегда присутствуют какие-то философские представления. То есть область изучения физики — это достаточно сложная область, где эмпирический опыт связан с математикой и физико-математическими представлениями, а также с определенными философскими представлениями. Причем последние, как показывает история развития физики, для физики играют далеко не последнюю роль.

Но все это — что есть физическая реальность и как она существует и изучается физикой — конечно, представляет большой интерес и для философии. Особенно — вопрос о том, как эта физическая реальность связана и соотнесена с материальной реальностью и материальным миром. И поскольку при попытке ответить на этот вопрос философия неизбежно выходит за пределы опыта и физического мира — ответ на этот вопрос философия может дать только в рамках метафизики и общей онтологии.

Пока же — говоря об актуальной реальности — мы должны добавить к уже обозначенным выше двум видам актуальной реальности еще и третью: актуальную реальность материального мира. Что подразумевает, конечно, что время существует не только для нашего сознания и разума, и не только в нашем эмпирическом опыте и в физической реальности — время существует «объективно», то есть оно существует и в материальном мире тоже. Вроде бы «пустячок» и вещь вполне очевидная, но вот для философии, как оказалось, это вовсе не «пустячок» — и здесь можно снова вспомнить Канта.

Что позволяет нам утверждать, что время есть нечто объективное, что существует совершенно независимо от нашего сознания и что является объективным свойством объективного материального мира? Движение, конечно! Если мы не ударяемся в солипсизм самого дурного свойства  — который после Канта особенно активно насаждали в философии сраные бриташки и жиды — и если мы признаем существование объективного мира вне и независимо от нашего сознания, то мы должны признать, что и всякое движение и изменение носит объективный характер. Почему солипсизм есть ложная философия (и при этом философия безумная) — это я также рассмотрел далее, и привел философское, строго рациональное, опровержение солипсизма. Пока же мы возвращаемся к проблеме актуальной реальности.

А проблема здесь состоит в том, что наше тело взаимодействует с окружающим материальным миром всегда весьма ограниченным образом, и, соответственно, и любой наш актуальный эмпирический опыт всегда ограничен. Скажем, мы видим окружающий мир только в каком-то ограниченном ракурсе, только небольшую его область. Мы можем расширить эту область актуального эмпирического опыта — с помощью специальных приборов и оборудования, с помощью специальных экспериментов, но и в этом наш актуальный эмпирический опыт весьма ограничен, и в этом опыте мы имеем дело лишь с весьма ограниченной частью материального мира. Соответственно, как мы это показали ранее, материальный мир (и мир физический) за пределами этого нашего актуального опыта уже представляет для нас некую неопределенность. Любая вещь, которая не присутствует в нашем актуальном эмпирическом опыте, уже представляет для нас некую определенность.

Соответственно, существование этих вещей и материального мира для нас уже становится бытием не актуальным, а только потенциальным. Например, ночью мы не видим Солнце в актуальном опыте, но Солнце для нас продолжает существовать — в нашем разуме — как потенциальная реальность, которая может и должна стать частью нашего актуального опыта при восходе Солнца. При этом мы, конечно, исходим из того, что Солнце не исчезает каждый раз совсем и не появляется каждый день новое Солнце, а что Солнце сохраняет свое актуальное бытие — просто в какой-то момент (ночью) это его актуальное бытие не может стать частью нашего актуального опыта, и становится для нас бытием потенциальным.

И таким образом мы можем говорить о потенциальном бытии вещей, которые существуют актуально в материальном мире, в объективном времени, но существование которых для нас остается актуальным только в нашем разуме и только как теоретическое знание, а для нашего актуального опыта их бытие уже есть бытие потенциальное, и превращение их бытия — из потенциального в актуальное — связано со временем, временем нашего актуального опыта. То есть то, что существует актуально объективно, для нас может существовать только потенциально из-за ограниченности нашего опыта, и эта неопределенность существования всякого такого рода потенциального бытия связана с ограниченностью нашего опыта. И тогда физика — в своем описании физического мира — может описывать эту объективную актуальную реальность именно как реальность актуальную, а наш возможный опыт здесь есть лишь обнаружение этой актуальной реальности во времени в нашем актуальном опыте.         

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic