kirill_nav_1

Category:

Что есть познание объективной реальности? - 10

Все в мире так! Таким образом, эмпирическое пространство и время — в которых для нас, собственно, и существует «окружающий нас мир» со всеми вещами и предметами, и в которых мы наблюдаем движение и движемся сами — возникает и существует для нас точно так же, как и всякая прочая эмпирическая реальность. Ну, то есть она, конечно, сильно отличается от эмпирической реальности «вкуса яблока» или эмпирической реальности цветового восприятия вещей — но только по форме и содержанию, а не по тому, как она возникает и существует. 

И, как и всякая другая эмпирическая реальность, эмпирическое пространство и время есть объективно-субъективная реальность, которая, с одной стороны, задается правилами объективной материальной реальности, а с другой — правилами нашего собственного разума и сознания. Вкус яблока — как эмпирическая реальность — задается, с одной стороны, способностью нашего сознания порождать вкусовые ощущения (в нашем же сознании), а с другой — самим яблоком, какими-то его объективными свойствами. Наше цветовое восприятие мира, с одной стороны, задается способностью нашего зрения и сознания «окрашивать» мир в своем восприятии в различные цвета, а с другой стороны — объективными свойствами света, который является причиной этих цветовых восприятий.

И эмпирическое пространство и время, с онтологической точки зрения, возникают и существуют точно так же. С одной стороны, это эмпирическое пространство и время — поскольку они уже воспринимаются нашим сознанием — наделяются нашим сознанием его собственными формами и свойствами. В частности, пространство мы воспринимаем как трехмерное геометрическое пространство, и это его свойство, конечно, задается нашим разумом, с его геометрическими (логико-математическими) представлениями. Почему пространство мы воспринимаем трехмерным (или четырехмерным, если рассматривать время как четвертое измерение единого пространства-времени — как это сейчас принято в физике), а не с большим количеством измерений (с логико-математической точки зрения, здесь нет ограничений) — этого мы не знаем. Но, видимо, это связано либо с какими-то особенностями нашего сознания, либо с объективными свойствами эмпирического пространства и времени, задаваемыми объективной реальностью. Но именно мы, наш разум, придаем пространству геометрическое восприятие. Здесь старина Кант был абсолютно прав. И только благодаря этому мы можем применять математику ко всякому вообще эмпирическому опыту, то есть только благодаря этому существует физика и другие естественные науки.  

А с другой стороны, эмпирическое пространство и время вовсе уже не задаются только правилами нашего сознания и разума, и свойства этого эмпирического пространства и времени задаются объективной материальной реальностью. И здесь старина Кант очень сильно ошибся. Что это за объективная материальная реальность? Ну, если опираться на то, что мы знаем сегодня из физики, то эту объективную материальную реальность правильнее всего назвать «гравитацией» и «инерцией». Или — учитывая, что они явно каким-то образом связаны между собой и, судя по всему, имеют какую-то общую природу — «гравитационно-инерционным полем». 

Но что такое это «гравитационно-инерционное поле», мы не знаем. Это уже объективная материальная реальность, и наше сознание с ней поэтому непосредственно дело не имеет (наше сознание, как я это объяснил ранее, никогда не имеет дело непосредственно с объективной материальной реальностью — только посредством нашего тела и органов чувств). О свойствах этой объективной реальности мы можем судить только по тому, как она себя проявляет в нашем эмпирическом опыте. То есть только по свойствам эмпирического пространства-времени — как в них существуют и движутся тела. И эти свойства, придаваемые эмпирическому пространству-времени объективной материальной реальностью («гравитационно-инерционным полем»), уже носят объективный физический характер. И поэтому эмпирическое пространство и время — это уже не только геометрическая реальность, но и физическая реальность, обладающая объективными физическими свойствами и ограничениями. Это уже то, как «гравитационно-инерционное поле» существует для нас в нашем эмпирическом опыте, как оно себя проявляет в нашем опыте (то есть в «окружающем нас мире»). 

К проблеме пространства и времени мы еще вернемся позднее — так как это ключевая проблема для всей философии и физики, а пока мы идем дальше. И мы уже обнаружили, что эмпирическая реальность окружающего нас мира наполнилась не только звуками, цветами, запахами и пространством и временем, но и смыслами. И она уже превратилась для нас в мир нашего человеческого бытия, в «мир Аристотеля», в котором существуют вещи, другие животные и другие люди. И в этом мире мы вдруг обнаружили объективную реальность совсем иного плана, чем объективная материальная реальность — бытие другого сознания и разума, сознание и разум другого человека. Вот сюрприз!

Конечно, другой человек — как сознание и разум — это для нас такая же «вещь-в-себе», как и объективная материальная реальность. В том смысле, что сознание и разум другого человека существуют независимо от нашего сознания. Не в том смысле, что мы не можем на них повлиять — мы это делаем постоянно, а в том смысле, что это уже не есть наше сознание и разум, и они имеют свое, независимое от нас бытие. Но это уже объективная реальность, которая принципиально отличается от объективной материальной реальности.

Я не знаю, возможно, сраные бриташки и жиды — пытаясь навязать философии свое безумие солипсизма — будут утверждать, что это не так. То есть что для солипсиста сознание и разум другого человека существуют как некие формы или феномены его собственного сознания и разума. Теоретически, это возможно — и, например, в восточных религиях (индуизме и буддизме) дело представляется примерно таким образом — то есть что сознание и разум каждого отдельного человека есть лишь проявление сознания некоего божества. Да и в рамках западной философии подобные философские взгляды появлялись. Но все же все подобные взгляды уже не являются, собственно, солипсизмом — так как они предполагают существование чего-то отличного от сознания солипсиста. И если какой-нибудь сраный бриташка или жидок все же будет утверждать, что он, общаясь с вами, «на самом деле» общается сам с собой, со своими собственными голосами в своей голове и с «аватарами» своего сознания — такого сраного бриташку или жидочка можно будет уже смело увозить в дурку. Так как здесь всякая «философия» уже заканчиваются, и начинается откровенное психическое помешательство сраного бриташки (ну или уже откровенный и наглый балаган, который этот сраный бриташка пытается выдать за «философию»). 

Как я объяснил ранее, это смертельный вопрос для солипсизма. Доказать существование материальной объективной реальности, исходя из индивидуального сознания, действительно невозможно. И сраные бриташки пользуются именно этим обстоятельством, когда под разными формами вот уже несколько веков тащат в философию безумие своего солипсизма. Но, помимо этой объективной материальной реальности, есть и другая объективная реальность — сознание и разум другого человека. Опровергнуть существование которой сраным бриташкам — если только они не начнут изображать буйно помешанных — уже невозможно. А из признания существования этой объективной реальности существование объективной материальной реальности следует почти автоматически. 

Конечно, эти две объективные реальности как-то связаны между собой. И если уж отвечать на вопрос, с которым носились все эти материалисты — «что первичнее, материя или сознание?» — то материя, конечно, «первичней». В том смысле, что объективная материальная реальность существует «раньше» сознания, а потому является «причиной» его появления. Но что от этого меняется? Для человека реальность, с которой он постоянно имеет дело — это его собственное сознание и разум. Собственно, это единственная реальность, с которой он постоянно имеет дело непосредственным образом. А все остальное для него уже существует как «вторичное» и существует опосредованным образом — через его тело и органы чувств.

При этом, конечно, наше сознание в своем существовании и деятельности остается сильно зависимым от объективной материальной реальности. И потому, что сознание и разум существуют только при наличии тела, мозга и органов чувств (я сейчас не касаюсь вопроса о «бессмертии души» — это вопрос скорее религиозный, а не философский), и потому, что человек существует в материальном мире, и от этого мира очень сильно зависит. Это все понятно. Но это никак не отменяет того факта, что сознание — это уже совершенно иная реальность, принципиально отличная от материальной реальности, и к ней уже никак не сводимая. И поэтому и объективное существование другого сознания и разума — сознания и разума другого человека — все очень сильно меняет.      

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic