kirill_nav_1

Categories:

Что мы познаем в нашем рациональном познании? - 10

Что ж, продолжим. Но прежде, чем двигаться дальше, — а дальше я хотел бы сказать пару слов о т.н. «аналитической философии», еще одной системе солипсизма, которая сегодня доминирует в западной философии, — я бы все же хотел еще раз остановиться на сути моего опровержения солипсизма. Это важнейший вопрос для всей философии после Канта, и мне бы хотелось, чтобы здесь все было предельно ясно (даже для людей, которые не слишком глубоко разбираются в философии). То есть я бы хотел еще раз объяснить, почему солипсизм вполне может отрицать существование объективной реальности, стоящей за нашим эмпирическим опытом, и эту позицию еще можно счесть философской, и почему отрицание солипсизмом существования других разумов и сознаний (других людей) немедленно срывает с солипсизма все «философские покрывала» и тут же превращает его в обычное безумие и сумасшествие — то есть в то, чем он по сути и является.

В самом деле, ведь, как это может показаться на первый взгляд, для солипсизма существование других разумов и сознаний столь же (или даже более) проблематично, как и существование объективной реальности. Сознание и разум другого человека — это для нас такая же «вещь-в-себе» или «бытие-в-себе», как и объективная реальность, лежащая в основе нашего опыта. И поэтому, как может показаться, доказательство существования этой реальности столь же — или даже более — проблематично, как и доказательство существования объективной реальности.

Объективная реальность обнаруживает себя в нашем непосредственном эмпирическом опыте, в наших ощущениях и восприятиях. А разум и сознание других людей обнаруживают себя не непосредственным образом, а посредством все того же эмпирического опыта. Ведь мы общаемся с другими людьми (их сознанием и разумом) все в том же эмпирическом мире: мы можем услышать слова и речь другого человека посредством звука, или увидеть слова и текст посредством зрительных ощущений. После чего мы еще должны как-то «расшифровать» и «интерпретировать» с помощью нашего разума и сознания то смысловое сообщение, которое мы получили в форме зрительных или слуховых ощущений. 

В азбуке Морзе нет ничего, кроме «точек» и «тире», и передача сообщений с помощью азбуки Морзе происходит в эмпирической реальности, и для общения с помощью азбуки Морзе (расшифровки полученных сообщений или отправления своих сообщений) нам нужно знать «код» — код расшифровки и шифрования сообщений. То есть нам нужно знать язык. Как нам нужно знать язык и при вербальном общении с другим человеком — без этого звуковые или буквенные сообщения останутся для нас только эмпирическими восприятиями, простым «сотрясанием воздуха» или набором каких-то «закорючек». И при этом нет никакой гарантии, что мы поняли (интерпретировали) полученное сообщение правильно, а не вложили в него свои собственные смыслы.

И в итоге, чтобы что-то понять в сообщении, полученном нами от других людей, мы должны придать этим сообщениям какой-то смысл. Вложить в них какой-то смысл. Только тогда эмпирические восприятия звуков или букв и текста в зрительных ощущениях превратятся для нас из эмпирического опыта в рациональное, смысловое содержание нашего сознания и разума. И если даже при восприятии чувственного опыта, как мы понимаем, наше сознание проводит «конструирование» эмпирической картинки окружающего мира, то относительно рациональной деятельности это тем более верно — это наш разум «вкладывает» в эмпирическое содержание свой смысл и свое содержание, это мы сами придаем все смыслы окружающим нам предметам. 

То есть может показаться, что, поскольку наш разум имеет дело уже с эмпирическом опытом (а не непосредственно с разумом и сознанием других людей), то существование разума других людей — как отдельного и независимого бытия — еще более проблематично, чем существование объективной реальности, стоящей за нашим эмпирическим опытом. И что поэтому позиция солипсистов относительно существования разумов других людей еще более прочная, чем их позиция относительно существования объективное реальности. Однако это не так. Почему? 

Потому, что солипсизм может претендовать на звание «философской позиции» только при условии явного или косвенного признания существования разумов и сознаний других людей. В самом деле, ведь если солипсист отрицает не только существование объективной реальности, стоящей за нашим эмпирическим опытом, но и существование разумов и сознаний других людей, то сразу же возникает вопрос, а для чего солипсистам нужен язык и другие системы смысловой коммуникации и передачи смыслов? Кому и куда солипсист отправляет эти свои сообщения? И от кого он их принимает? 

Ок, мы можем допустить, что за нашим эмпирическим опытом и нашими ощущениями нет никакой объективной реальности. Здесь есть проблема, и прямо доказать существование этой реальности мы действительно не можем. То есть мы можем принять точку зрения солипсистов, что в нашем опыте и в наших экспериментах мы имеем дело только с нашими ощущениями, за которыми ничего не стоит. Мы как-то воздействуем на эту эмпирическую реальность — получаем какую-то реакцию, какие-то результаты опыта или эксперимента, и нам этого достаточно.

Но с кем (или с чем) солипсист имеет дело при своей смысловой коммуникации — в речи, в текстах, в символах и т.д.? С эмпирической реальностью? Нет, для того, чтобы воздействовать на эту эмпирическую реальность, никакие знаково-смысловые системы не нужны. Для этого было бы достаточно просто издавать звуки различной громкости и высоты. И речь и язык для этого были бы не нужны. И если солипсист отправляет свои смысловые сообщения — с помощью звуков или зрительных ощущений в буквах и текстах, а потом сам получает такие же сообщения, то, очевидно, он тем самым пытается коммуницировать уже не просто с эмпирической реальностью, а с реальностью совсем иного рода — с другим сознанием и разумом, сознанием и разумом другого человека. И при этом — в отличие от эмпирической реальности — он может этой реальности прямо задавать вопросы и получать ответы, на языке, понятном ему самому, его собственному разуму.    

Или нет? Или солипсист будет утверждать, что никаких разумов и сознаний, помимо его собственного, больше не существует? И что в действительности он всегда общается только сам с собой — с какими-то аватарами его собственного разума и сознания? Ну, ок. Мы ж не против. И вполне можем вызвать санитаров. Так как на этом месте всякая «философия» заканчивается — и солипсизм из «философской позиции» превращается в обычное безумие и сумасшествие. И никакая «философия» на такой позиции уже невозможна. Это даже англиканский пастор Беркли понимал, и именно поэтому он вместо объективной реальности приплел Бога (то есть вполне понимал необходимость в его философии существования «другого сознания»). 

И это понимают все солипсисты. И поэтому, повторюсь, во всех системах солипсизма — от позитивизма до «аналитической философии» — признается существование разумов и сознаний других людей, прямо или косвенно. Только на таком признании можно выстроить какую-то «философскую систему» солипсизма (которые, впрочем, все равно в какой-то момент начинают сыпаться) — так как во всех этих системах «объективное» подменяется «общезначимостью» или «общепринятостью» (что подразумевает наличие многих сознаний и разумов, приходящих к согласию относительно каких-то вещей — например, общего эмпирического опыта или общих правил логического мышления). 

Вот и все. И далее — как только мы констатируем, что любой солипсизм возможен как «философская позиция» только при признании существования разума и сознания других людей — доказать из этого и существование объективной реальности, стоящей за нашим эмпирическим опытом, не составляет уже никакого труда. Так как это прямо следует из факта существования разумов, имеющих свое независимое отдельное бытие. И это доказывается вторым же ходом. 

И, таким образом, солипсизм опровергается из него же самого, из его попыток придать себе «респектабельный философский вид». Из существования сознания и разума одного человека доказать существование объективной реальности невозможно — даже если это разум Аристотеля или Канта. Но как только мы признаем существование нескольких сознаний и разумов, имеющих свое отдельное бытие — существование объективной реальности, независящей от этих сознаний и разумов и являющейся причиной нашего эмпирического опыта и ощущений, следует почти автоматически.

Таким образом, мы должны признать несостоятельность солипсизма в качестве философской позиции. Солипсизм может существовать только как безумие и сумасшествие. И далее мы поговорим о том, зачем и почему сраные бриташки вот уже более двух столетий пытаются направить развитие всей западной философии по пути этого безумия и сумасшествия — в том числе с помощью своей т.н. «аналитической философии».          

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic