kirill_nav_1

Categories:

Что мы познаем в нашем рациональном познании? - 8

Что ж, продолжим. И теперь я перехожу к опровержению солипсизма. Но прежде я бы хотел еще раз показать, в чем здесь проблема. То есть почему в философии возникла проблема солипсизма, и почему это проблема именно философская. Это очень важный момент, так как без этого будет непонятно, как и на чем выстроены системы солипсизма 19-20 века, и как они опровергаются. 

Солипсизм утверждает, что за нашим эмпирическим опытом (ощущениями, восприятиями, чувствами) нет никакой объективной реальности. Это главный и исходный пункт всякого солипсизма. И проблема здесь, повторюсь, действительно есть, так как выйти за пределы нашего сознания мы не можем. Эта проблема возникла не сегодня и даже не вчера — косвенным образом она присутствует уже в философии греков. Чувственный мир переменчив, в нем все кажется зыбким, ничто не постоянно. К тому же и наши чувства нередко обманываются и явно субъективны. Отсюда уже у греков возникла философия скептицизма, а позднее греки начали отождествлять бытие с разумом (ведь он не такой зыбкий, и там все выглядит более надежно и основательно). Но лишь в Новое время — когда стало понятно, что весь наш эмпирический опыт конструируется нашим собственным сознанием, в формах этого сознания — солипсизм (в различных формах) стал доминирующим направлением во всей западной философии.

Ну, ок. Допустим, что за нашим эмпирическим опытом и нашими ощущениями и в самом деле нет никакой объективной реальности, отличной от нашего сознания. По крайней мере, доказать существование этой объективной реальности мы не можем. А сознание? Существует ли, помимо нашего собственного сознания и разума, еще какое-то сознание и разум, независимые от нашего собственного? Сознание и разум других людей?

Упс! И вот этот вопрос для солипсизма оказывается смертельным. Почему? Потому что суть солипсизма состоит только в отрицании того, что за нашим эмпирическим опытом стоит объективный мир. Это и есть суть солипсизма, и только в этом он может претендовать на «философскую позицию». А сознание и разум других людей? Их существование солипсизм не опровергает. Иногда можно услышать, что солипсисты отвергают и существование других людей. Но это не совсем так. Солипсизм — как философия, а не как умственное помешательство — может отвергать только то, что за эмпирическим восприятием солипсистом других людей стоит объективная реальность. Как он отвергает это относительно всякого вообще эмпирического опыта. 

То есть солипсист отвергает существование материи или какой-то другой объективной реальности, которая дана ему в виде тела другого человека в его эмпирическом опыте. Для него восприятие тела другого человека — это такой же эмпирический опыт и такой же «комплекс ощущений», как и при восприятии всего прочего. И в этом солипсизм, конечно, прав и вполне последователен — ведь человеческие тела ничем принципиально не отличаются, с точки зрения их восприятия, от других предметов и тел. Собственное тело солипсиста? Да то же самое! Да, с точки зрения восприятия это тело несколько отличается для солипсиста от восприятия тел других людей, но это тоже только «комплекс ощущений», данный нашему сознанию.

Говорят, что один сраный бриташка, чтобы опровергнуть солипсизм Беркли, начал с силой пинать камень. Расшиб всю ногу, но самого Беркли он, конечно, не переубедил. Это был довольно глупый аргумент (если он был, и если всю эту историю сраные бриташки не придумали, как у них водится, от начала до конца), так как этот аргумент выглядел примерно так же, как аргумент греческого философа Диогена, который — дабы опровергнуть убеждение другого философа, Зенона, что «движения нет» — встал и начал перед ним ходить. Полагаю, что историю с Беркли сраные бриташки все же придумали, с аллюзией именно на эту историю из греческой философии, но суть от этого не меняется: перед солипсистом можно пинать или поднимать камни, можно даже дать ему по лбу, но, с философской точки зрения, все подобные «аргументы» для солипсиста ничего не доказывают. Так как даже боль в ноге или во лбу — это «только ощущения». И восприятие тела другого человека, повторюсь, в рамках солипсизма ничем не отличается от восприятия любого другого эмпирического опыта.

А сознание? Сознание другого человека? А вот на факте существования другого сознания, сознания других людей, солипсизм накрывается медным тазом. Почему? 

Потому что только признавая факт существования другого сознания и разума, отличного от сознания и разума самого солипсиста и существующего независимо от его собственного сознания и разума, солипсист может обосновать свой солипсизм как «философскую позицию» или даже как «философскую систему». И у Беркли такое «другое сознание» присутствует — сознание Бога. И только благодаря этому Богу, согласно Беркли, мы можем принимать окружающий мир как за нечто существующее, а не за сплошной дурдом и не за сон наркомана. И даже можем его познавать.

Так вот, относительно всех систем солипсизма 19-20 века (позитивизма, неокантианства, феноменологии, «аналитической философии» и прочих) можно сказать то же самое. Все эти системы выстраиваются на молчаливом признании, что, помимо сознания самого солипсиста — будь то Милль, или Коген, или Гуссерль или какой-нибудь Бертран Рассел — существуют «другие сознания», сознания других людей. Ну, скажем, позитивисты обосновывали возможность науки — включая эксперименты и построение гипотез — именно на этом признании. Да, говорили позитивисты, мы не признаем, что за нашим опытом стоит какая-то объективная реальность, но нам это и не особенно-то и нужно. Важно лишь, что — при правильной постановке опыта и правильных методах его верификации — разные люди («разные сознания») воспринимают этот эмпирический опыт примерно одинаково. А потом — в силу того, что у разных людей математическое и логическое мышление устроено одинаково — они могут сообща разрабатывать и обсуждать научные гипотезы.

То есть у позитивистов условием возможности науки (и эмпирической реальности в целом как чего-то значимого) выступает «коллективное сознание» и «коллективный разум» — сознание и разум научного сообщества. Разных людей, но у которых какие-то структуры разума и восприятия устроены примерно одинаково. И только благодаря этому наука может претендовать на «объективность» — которую позитивисты трактовали как «общезначимость» или «общепринятость» всем или значительной частью научного сообщества. То есть «объективное знание», в понимании позитивистов — это знание, принятое научным сообществом, принятое в результате обсуждения и согласия ученых. А какое отношение это знание имеет к объективной реальности — вообще значения не имеет, так как никакой объективной реальности не существует, и что это такое — непонятно.  

И на этом, повторюсь, строятся ВСЕ системы солипсизма 19-20 века (и не только в философии — все постмодернистские концепции строятся на том же подходе, то есть на философии солипсизма). Во всех этих системах отрицание объективной реальности обосновывается подменой ее «общезначимыми», «общепризнанными» или «общепринятыми» гипотезами и теориями. Вся разница только в том, что позитивисты еще должны как-то обосновать общезначимость научных экспериментов, а неокантианцы и феноменологи — общезначимость каких-то логических структур разума или способов мышления и восприятия. То есть все они предполагают признание, что, помимо сознания какого-нибудь умственно отсталого еврейчега Когена или Гуссерля, существуют и другие сознания — сознания других людей. Если этот элемент убирается — все их системы тут же сыпятся и превращаются в полную бессмысленность.

Далее. Если солипсизм признает, что, помимо сознания солипсиста, существуют и другие сознания — причем существуют независимо от его сознания (независимо — не в том смысле, что солипсист не может на них повлиять или они не могут повлиять на него, а в том смысле, что эти сознания не являются его сознанием или только феноменами его сознания), то из этого прямо следует, что и за нашим эмпирическим опытом стоит объективная реальность. 

В самом деле, ведь если, помимо сознания и разума самого солипсиста, существуют другие сознания и разумы, которые уже не есть его сознание и разум и которые существуют независимо от него, то воспринимать одинаково и одинаково понимать и трактовать эмпирический опыт эти сознания могут только в том случае, если за этим опытом стоит нечто третье, общее и для солипсиста, и для другого сознания. И это третье уже не может быть только феноменом сознания солипсиста или какого-то другого человека. То есть это уже не «комплекс ощущений» солипсиста и не «комплекс ощущений» других сознаний, а то, что существует независимо и от сознания солипсиста, и от других сознаний. То есть объективная реальность, которая не зависит от сознания солипсиста и других сознаний.

Что и требовалось доказать.              

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic