kirill_nav_1

Category:

Ошибка Канта в его представлениях о природе пространства и времени - 5

Так вот. Учение Канта о природе пространства-времени, на первый взгляд, может показаться странным, но в пользу этого учения можно привести несколько очень весомых аргументов. И первый — самый веский и основательный аргумент — я уже привел ниже. Учение Канта дает очень простое и внятное объяснение существования математики и геометрии (и науки в целом), и при этом оно не прибегает к гипотезе о существовании каких-то умопостигаемых божественных миров, мыслящих субстанций и всего прочего, что появлялось до этого в философии со времен греков и позднее. Учение Канта о пространстве-времени объясняет не только, что такое математика и геометрия, но и как и почему мы можем их применять к эмпирическому опыту (в том числе в физике и других естественнонаучных дисциплинах), и почему при этом математика и геометрия имеют всеобщий и необходимый характер для любого нашего возможного эмпирического опыта.

В самом деле, ведь у Канта математика и геометрия — это все то же пространство и время, но только, так сказать, в чистом виде, без всякого эмпирического опыта. Это чистая форма — форма пространства и времени, в которых нам только и может быть дать любой эмпирический опыт. И поэтому, познавая математику и геометрию, мы познаем ту форму — форму пространства и времени — в которых нам могут быть даны и даются всякие вещи. И поэтому же мы с такой легкостью можем применять к этим вещам числа, геометрию и весь математический аппарат, созданный нашим разумом.

Во-вторых, уже издавна замечено, что пространство и время — это в нашем мире нечто совершенно странное. Они явно отличны от всех прочих вещей и сами вещами не являются (как не являются чем-то материальным — они, очевидно, идеальны по своей природе). Да и существуют ли они вообще? Пространство мы можем «увидеть» только как некую «пустоту» между вещами, как отношение между ними. А время — и вовсе нечто загадочное, так что мы говорим о его существовании только в связи с движением и изменением, и при этом время тоже выступает как отношение — отношение в последовательности событий. Возьмем пространство, и посмотрим, как мы его воспринимаем и мыслим:

1). Невозможно представить себе отсутствие пространства, хотя мы можем представить отсутствие в пространстве любых вещей. Мы можем даже представить отсутствие в пространстве всяких вообще вещей — то есть «пустое пространство». Не следует ли из этого, что пространство не зависит от вещей и каким-то образом предшествует всяким вещам, то есть является условием появления каких-либо вещей в нашем опыте?

2). Мы всегда мыслим пространство как нечто единое, и при том только как одно пространство. А если мы видим или мыслим о многих пространствах, то только как о частях одного и единого пространства. Но при этом в своем эмпирическом опыте мы нередко имеем дело с ограниченными пространствами. 

3). Пространство мыслится как бесконечность. То есть как бесконечная величина. То есть уже в самом этом представлении присутствует математическое представление. Ничего подобного в каком-либо другом эмпирическом чувственном опыте мы не находим.

4). Пространство мы воспринимаем и мыслим как отношения между вещами. И при этом такого рода отношения — пространственные отношения (расстояние между вещами, нахождение их подле друг друга, внутри или вне друг друга) — определяются свойствами самого пространства, а не вещами. Не означает ли это то же самое — то есть что пространство предшествует всяким вещам и есть условие данности вещей нашему опыту?

И примерно такие же вопросы мы можем задать и относительно времени — «вещи», которая, очевидно, никакой вещью не является, а является только условием существования вещей в нашем опыте, условием, определяющим отношения вещей во временной последовательности. И «вещь» эта еще более странная, чем пространство, при том, что посредством времени нам дан не только внешний опыт, но и опыт внутренний. 

При этом не нужно думать, что Кант отрицал реальность времени и пространства. Нет, этого, конечно, нет. Время и пространство — это вовсе не какая-то иллюзия, и не фантазия, это формы восприятия эмпирического опыта. И поэтому они столь же реальны, как и эмпирический опыт. Пространство и время, по Канту, не обладают объективной (абсолютной) реальностью — они есть лишь реальность нашего опыта. И по поводу времени (здесь возникают наибольшие возражения) Кант дает такое пояснение:

«Если мы отвлечемся от способа, каким мы внутренне созерцаем самих себя и посредством этого созерцания охватываем способностью представления также все внешние созерцания, стало быть, если мы возьмем предметы так, как они могут существовать сами по себе, то время есть ничто. Оно имеет объективную значимость только в отношении явлений, потому что именно явления суть вещи, которые мы принимаем за предметы наших чувств, но оно уже не объективно, если отвлечься от чувственной природы нашего созерцания, т. е. от свойственного нам способа представления, и говорить о вещах вообще. Итак, время есть лишь субъективное условие нашего (человеческого) созерцания (которое всегда имеет чувственный характер, т. е. поскольку мы подвергаемся воздействию предметов) и само по себе, вне субъекта, есть ничто. Тем не менее в отношении всех явлений, стало быть, и в отношении всех вещей, которые могут встретиться нам в опыте, оно необходимым образом объективно. Мы не можем сказать, что все вещи находятся во времени, потому что в понятии вещи вообще мы отвлекаемся от всех видов созерцания вещи, между тем как созерцание есть то именно условие, при котором время входит в представления о предметах. Но если это условие присоединено к понятию вещи и если мы скажем, что все вещи как явления (как предметы чувственного созерцания) находятся во времени, то это основоположение обладает объективной истинностью и априорной всеобщностью.

Таким образом, наши утверждения показывают эмпирическую реальность времени, т. е. объективную значимость его для всех предметов, которые когда-либо могут быть даны нашим чувствам. А так как наше созерцание всегда чувственное, то в опыте нам никогда не может быть дан предмет, не подчиненный условию времени. Наоборот, мы оспариваем у времени всякое притязание на абсолютную реальность, так как оно при этом было бы абсолютно присуще вещам как условие или свойство их даже независимо от формы нашего чувственного созерцания. Такие свойства, присущие вещам самим по себе, вообще никогда не могут быть даны нам посредством чувств. В этом, следовательно, состоит трансцендентальная идеальность времени, согласно которой оно, если отвлечься от субъективных условий чувственного созерцания, ровно ничего не означает и не может быть причислено к предметам самим по себе (безотносительно к нашему созерцанию) ни как субстанция, ни как свойство. Однако эту идеальность, как и идеальность пространства, нельзя приравнивать к обману чувств, так как при обмане чувств мы предполагаем, что само явление, которому приписываются эти предикаты, обладает объективной реальностью, между тем как здесь эта объективная реальность совершенно отпадает, за исключением того случая, когда она имеет только эмпирический характер, т. е. поскольку сам предмет рассматривается только как явление. Замечания об этом можно найти выше, в первом разделе» (конец цитаты). 

Немного сложновато для восприятия, но у Канта и вообще стиль изложения был тяжеловат. Но если внимательно прочитать это пояснение (как и другие), то станет понятно, что Кант вовсе не отрицает реальность пространства и времени как реальность нашего опыта. Кант отрицает их действительность и реальность вне нашего опыта, то есть отрицает объективное существование пространства и времени, как некое объективное свойство объективного мира.        

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic