kirill_nav_1

Categories:

О природе московского самодержавия - 36

Таким образом, никакого отношения к безвластию, анархии или «отсутствию государства» демократия не имеет. Демократия — это государственно-политический строй, и, как и любой другой государственный строй, он подразумевает систему власти и подчинения, поддержание общественного порядка — в том числе с применением насилия. И главное отличие демократии от аристократического или монархического государственного строя состоит в том, что свою легитимность (включая легитимность насилия) власть и государство получают от народа — от демократической политической нации, которая и является при демократии носителем верховной власти. 

И в этом состоит ее огромное преимущество перед монархическим или аристократическим государственным строем. Ведь, скажем, когда 9 января 1905 года была расстреляна толпа рабочих, то легитимность применения насилия в данном случае исходила от самодержавия, от Государя Николая Второго. Что было очень удобно представить, как «насилие тирана» или «проклятого царского режима», который «расстрелял народ». И, собственно, именно в этом и состоял смысл этой провокации — так что советские дегенераты, убившие и замучившие миллионы русских людей, до сих пор вопят о «кровавом Николашке», который, значит, «расстрелял народ». Но и при аристократическом государственном строе применение насилия государством может вызывать вопросы и возмущение, так как в таком государстве легитимация насилия со стороны государства также исходит не от народа, а от аристократии. Что также делает такой строй достаточно уязвимым. 

А вот при демократии такой проблемы нет. Так как насилие со стороны государства легитимируется самим народом, политической нацией. Есть лишь проблема обоснованности, соразмерности и законности применения такого насилия со стороны государства, но этот вопрос скорее уже лежит в области закона и права, а не в области политики.

Поэтому в России, конечно, никакой демократии ни в 1917 году, ни в 1990-е годы не было — был распад государства, который начался в результате государственной измены февраля 1917 года и конца 1980-х-1991 года: в первом случае — измены со стороны московской аристократии, во втором — части советской номенклатуры из числа коммунистов, гебистов и прочей советской сволочи во главе с Горбачевым и Ельциным. И то, что эти государственные перевороты и революции происходили под демократическими лозунгами, ничего не говорит о самой демократии как таковой. Возможно, даже после февраля 1917 года этот распад государства можно было бы остановить, если бы удалось провести Учредительное собрание (цель которого состояла именно в учреждении нового государственного строя в России), но вот для этого и понадобились большевики и жиды во главе с ублюдком Ульяновым в октябре 1917 года, чтобы не позволить России остановиться на грани пропасти и чтобы все-таки ее в эту пропасть столкнуть — в пропасть гражданской войны, большевизма и коммунизма, в пропасть советского ада.

Что же касается 1990-х годов, то здесь и вовсе все было предельно очевидно и наглядно, и когда Ельцин и Чубайс со всей этой своей шайкой расстреливали в октябре 1993 года Верховный Совет — они расстреливали именно демократию, те робкие ростки демократии, которые только-только стали прорастать сквозь большевицко-советский асфальт. И при этом московским жидам хватило наглости вопить о том, что они и есть «демократы», и что расстрел Верховного Совета — это решение «демократической власти» России (то есть упыря Ельцина и рыжего вора Чубайса). А Пархоменко и многие другие московские жиды, которые тогда вопили в поддержку упыря Ельцина и жаждали русской крови, и сегодня пытаются представить себя в качестве «светочей свободы».

И лучший способ предотвратить в России всякие возможные попытки государственного переворота или «оранжевой революции», которые снова могут использовать демократические лозунги (как это сделали большевики и жиды в 1917 году и в 1990-е годы) — это создать в России эффективную действующую демократическую систему. И тогда никакие Пархоменки и прочие жиды и враги России уже не смогут использовать естественное стремление всякого народа к демократии в своих целях — целях разрушительных, антигосударственных и антироссийских. Только демократический государственно-политический строй придаст России и российскому государству надежную прочность и стабильность, и обезопасит ее от всяких новых попыток устроить здесь революцию. И только демократия создаст условия для динамичного развития страны. 

Ельцин и Чубайс и стоявшие за их спиной гебисты и прочая советская сволочь расстреливают из танков демократию в России в октябре 1993 года. Путин в этом смысле - прямое продолжение Ельцина.
Ельцин и Чубайс и стоявшие за их спиной гебисты и прочая советская сволочь расстреливают из танков демократию в России в октябре 1993 года. Путин в этом смысле - прямое продолжение Ельцина.

Но демократия, конечно, вовсе не есть и гей-парады и вся прочая эта педерастия, которую сейчас англосаксы и Запад пытаются насаждать по всему миру. Все это к демократии не имеет никакого отношения, и является только частью западной идеологической доктрины либерализма. Но современный западный либерализм и к классическому европейскому либерализму 18-19 века отношения имеет мало — сегодня этот либерализм уже вплотную слился с самыми дикими и деструктивными левацкими идеями. И все это — особенность именно западной культуры и истории (преимущественно англосаксонской — у сраных бриташек педерастия издавна процветала), и, в отличие от демократии, вовсе не является чем-то универсальным. В западной истории и культуре всегда было множество своей бесовщины и даже сатанизма, и вот этот современный западный либерализм — это именно развитие западного сатанизма, тесно связанного с сатанизмом жидовским.

Но для демократии как государственно-политического строя весь этот западный сатанизм и педерастия вовсе не являются чем-то обязательным и необходимым. Демократия, как и аристократический или монархический строй, может быть очень разной. Я уже приводил примеры Ватикана, Речи Посполитой, Саудовской Аравии и Китая — казалось бы, совершенно разные государства, но во всех этих четырех государствах — аристократический государственный строй. И приводил пример США и Ирана, в которых установлен строй демократический, хотя эти страны столь разные.

Поэтому в России демократический государственный строй, конечно, будет иметь свои особенности — которые должны учитывать наши геополитические, культурные, национальные и исторические особенности. Демократия в России вовсе не обязательно должна быть «либеральной» — она, очевидно, должна выстраиваться на консервативных ценностях. И такая консервативная демократия, при которой закон, свободы и права граждан будут гармонично сочетаться с консервативными ценностями, станет привлекательной не только для граждан самой России — позволив раскрыть потенциал России и русского народа, но и для стран ближнего зарубежья, восточной Европы и всего мира.

Горящий Белый дом в октябре 1993 года - символ демократии в России, расстрелянной Ельциным и Чубайсом и стоявшими за их спиной гебистами и жидами.
Горящий Белый дом в октябре 1993 года - символ демократии в России, расстрелянной Ельциным и Чубайсом и стоявшими за их спиной гебистами и жидами.

Ведь мы же понимаем, что далеко не все в мире в восторге от этой британской и англосаксонской педерастии и от всего этого «западного либерализма», как и от их «либеральной демократии» — она вызывает отторжение и неприятие у многих даже в самой Европе и Пиндостане. И подобная «консервативная демократия» позволит России не только решить множество своих внутренних проблем по долгосрочному развитию — это позволит России предложить миру свой «цивилизационный проект», альтернативный западному либерализму и западной «либеральной демократии». Что выведет Россию в число мировых лидеров — а мировой лидер, конечно, среди прочего, должен иметь свой «цивилизационный проект», привлекательный для всего мира. И только демократия — консервативная демократия — может стать таким новым русским цивилизационным проектом, который для многих стран по всему миру сможет стать гораздо более привлекательным, чем педерастия англосаксов и западная «либеральная демократия».

И если бы не февраль 1917 года, я думаю, Россия в итоге бы и пришла к подобному проекту в результате постепенной трансформации самодержавия в демократию в форме конституционной монархии. Таким образом, «консервативная демократия» — это и есть тот «русский цивилизационный проект», к которому Россия шла всю свою историю и с которым она должна была войти в 20 век. Но если в 20 веке это сделать не удалось, так как этот проект был прерван волосатой рукой дикой красной большевицко-жидовской обезьяны — то в 21 век Россия все же должна войти именно с этим своим цивилизационным проектом.      

    

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic