kirill_nav_1

Category:

Памяти Константина Крылова - 4

А вторая причина, по которой в России свободные социальные корпорации получили гораздо более слабое развитие, чем в Европе — и причина уже скорее субъективная, ставшая чем-то вроде нашего рока или проклятия — имела вполне определенное имя. И это имя — Москва. Да-да-да! Я вот совсем недавно подробно объяснял, почему Москва стала настоящим проклятием всей России, всей нашей истории и культуры. И это оно самое и есть.

Если совсем коротко, то проблема состояла в том, что Москва — в качестве политического и государственного центра России — появилась и сформировалась из-под татарской ордынской задницы. И таковой вонью из-под татарской азиатской задницы она оставалась и дальше. Поэтому Москва, со своей «московской государственностью» и «московской духовностью», для управления Россией и русским народом применяла методы, которые обычно используют оккупанты в завоеванной ими стране или, в лучшем случае, методы, которые используют колонизаторы в своей колонии. 

А зачем оккупанту или колонизатору какое-то самоуправление или свободные корпорации местного населения? Для оккупанта и колониста — это всегда угроза. И все подобные социальные проявления он постарается уничтожить или хотя бы поставить под свой прямой контроль, встроив в свою административную и управленческую систему. И если все это перевести на «русский язык» (точнее сказать, «язык московитский»), в России на практике это означало государственную русофобию со стороны Москвы и ее стремление всячески поработить русский народ (под видом «огосударствления» всех социальных и экономических процессов в обществе и стране). 

Но в Московской Руси такая «живая жизнь», однако, еще теплилась и даже кое-где развивалась. Просто потому, что у поганой Москвы еще не было достаточно административных ресурсов, чтобы все это подчинить себе или «закатать в асфальт». Более того, как ни странно, московский тиран Иван Четвертый — до того, как он начал «бороться с изменой» — даже способствовал развитию подобных социальных структур: как известно, он укрепил местное самоуправление, созвал Земский Собор (форму сословного представительства) и т.д. Делал он это, видимо, по совету своей т.н. «избранной рады», а те, очевидно, ориентировались на подобные практики в Европе (в том числе в Речи Посполитой). Но потом для Москвы это стало создавать проблемы, которые московиты — в силу своей дикости и невежества — разрешить не могли, и постепенно Москва начала всю эту социальную жизнь «закатывать в асфальт». 

Петр Первый, этот дикий московит, вообще почти все уничтожил. Вот вообще все «в асфальт закатал». Не только крестьянство, но и мещанство, купечество, духовенство. Петр разрушил вообще почти всякую нормальную русскую социальную жизнь в России — включая бытовую культуру (а для любого человека и любого народа, понятное дело, это вещь наиважнейшая), и это было настоящей социальной катастрофой — почти такой же, как и крах всего советского социального мира в 1990-е годы. И только дворянство сохранило (а во многом расширило) свои «дворянские вольности», оставшись единственным свободным сословием, со своими формами самоорганизации. 

И снова «прорастать» эта нормальная социальность и социальная культура у нас начали только где-то в середине 19 века, а к концу 19-началу 20 века Россия ПОЧТИ выбралась из этой ордынской московской задницы, и в России начало возникать нормальное человеческое общество, без всех этих московитских азиатских дикостей и извращений. И поэтому, кстати, «Россия 1913 года» еще долго будет служить для русских образцом нормальности и цивилизованности — не только по экономическим показателям, но как пример того, каким может будет русское общество и каким оно должно стать.

Но увы! К тому времени все подобные корпорации, конечно, уже были настроены весьма оппозиционно и даже враждебно к государству как таковому, с его московским самодержавием, и сохранить контроль над этими процессами Санкт-Петербургу и его государственной системе не удалось — особенно когда эти процессы начали брать под контроль наши западные «друзья» и когда Россия вступила в тяжелейшую Первую мировую войну. Студенчество, рабочие организации, старообрядцы, промышленники, даже значительная часть чиновничества (не говоря уже о «профессиональных революционерах» и жидах) — все были недовольны московскими самодержавными порядками и требовали свобод. Ну, и в итоге все накрылось медным тазом, а власть в России захватили «лучшие друзья русского народа» — жиды и большевики.

Что сделали с Россией жиды, большевики и выращенные ими советские дегенераты — хорошо известно: Россию они подняли на дыбу, долго ее мучили и истязали, глумились и оплевывали, а потом, полумертвую, положили в ямку, присыпали землей и накрыли сверху огромной бетонной плитой. Жиды и большевики уничтожали всякие свободные социальные формы самоорганизации русских буквально, физически — целыми списками, социальными группами и классами. А все остальное они «огосударствили» — то есть превратили в придатки своей партии и гебни. Никакого «советского общества» в Совдепии, конечно, не было, так как это «общество» выстраивалось партией коммунистов по своим проектам и лекалам и как придаток этой партии с ее партийной и гебешной номенклатурой. 

И поэтому все «советские люди» — это заведомые социальные инвалиды, а в культурном смысле — дегенераты и дикари. И в каком-то смысле, повторюсь, всю эту советскую дикость и социальную перверсию можно, конечно, считать «реваншем» и «апофеозом» поганой Москвы, с ее «московской государственностью» и «московской духовностью». Москва с самого начала была извращением, чудовищной государственной и социальной аномалией, а в Совдепии это извращение превратилось в самую суть советчины и «советского государства» и даже в «советскую гордость». 

И вот когда Совдепия вполне закономерно «приказала долго жить», а несчастные постсоветские русские копошились в аду 1990-х, Крылов начал выводить русских к свету. К нормальным человеческим понятиям и представлениям. А потом даже начал создавать социальную структуру, которая должна была помочь русским вернуться в человеческую нормальность не только ментально и культурно, но и социально. Помочь русским вернуться в Россию — страну, которая снова должна стать их национальным домом и очагом. И в которой русские люди смогут жить счастливо и достойно — как живут сейчас многие другие народы. Вот чего хотел и о чем мечтал Константин Крылов. И чему он посвятил всю свою жизнь.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic