kirill_nav_1

Categories:

Почему поганую Москву нужно сжечь и затопить? - 15

Вот в чем весь ужас. Представьте, если бы поганые татары сидели не в своей Орде и Сарае, а в Москве и в Кремле — и оттуда бы управляли покоренной ими Русью. Что бы они делали? Они бы, конечно, точно так же собирали дань — убивая, мучая, издеваясь и всячески унижая русских людей, чтобы внушить русскому народу полную покорность. При этом они бы следили, чтобы «русские людишки» не удумали чего против их власти, и всеми способами старались бы посеять среди русских людей недоверие друг к другу и вражду — насаждая в народе подлость и низость. А еще они бы делали все возможное, чтобы русский народ пребывал в дикости и невежестве, и был бы народом глупеньким, долготерпеливым и добреньким — ведь народом невежественным и глупеньким управлять гораздо проще: для этого достаточно одной татарской плети и страшного вида. А еще татары старались бы сделать так, чтобы русские люди себя не любили или даже ненавидели и презирали. И даже, быть может, набирали бы русских людишек в свои войска, чтобы защитить подчиненный им русский улус от посягательств других внешних хищников.   

Так вот, поганая Москва делала ТО ЖЕ САМОЕ. Делала веками. И к русскому народу и Руси она относилась точно так же, как к ней относились бы татары, если бы они управляли Русью прямиком из Кремля, а не из Сарая. И русский народ поганая Москва не только старалась держать в рабской покорности, но и веками вполне сознательно искореняла на Руси все достойное и человеческое, всякую мысль и всякое знание. И причина этой московитской дикости и невежества уже лежала не в Орде, а в Москве. Москва получила огромную, почти полную, независимость от Орды еще в 1480 году («стояние на реке Угре»), и до петровских реформ в начале 18 века в Москве — в плане культуры, ума и образования — не изменилось почти ничего. 

А ведь период с конца 15 века по начало 18 века в Европе в этом смысле был очень бурным — именно в этот период возникло Возрождение, появились идеи европейского Просвещения. Именно в этот период в Европе произошел мощный рывок в культуре, философии и науке, и, как следствие, мощный технологический и экономический рывок. Именно тогда в Европе были заложены основы всей современной западной цивилизации. 

А в поганой Москве? Ну, какое-то небольшое движение там возникло во второй половине 15 века, когда после гибели Константинополя в Москву переехали византийцы и греки (как, например, Максим Грек). Но все это быстро затухло, не оставив почти никакого следа. В 16 веке у нас Иван Четвертый людишек мучил и убивал. Убивал страшно — в котлах с маслом варил, на кол сажал. А его опричники, подражая поганым татарам, с собачьими головами позади, громили Новгород и другую земщину. Книги немного поправили на Стоглавом соборе (пока Иван еще не начал в Москве «измену выводить»). Впрочем, спустя век московиты — московский царь Алексей Михайлович со своим чухонским патриархом Никоном — уже те же самые книги жгли и рубили иконы, на глазах всего народа. Что привело к страшному церковному расколу. Который в итоге таки аукнулся в 1917 году, когда московские старообрядцы сыграли далеко не последнюю роль в гибели Российской Империи.

А зачем? А почему? А с чего это вдруг поганые московиты вдруг решили церковные книги жечь, которые они век назад одобрили на специальном церковном Соборе? А причина была простая: присоединение Малороссии. А в Малороссии книги и церковное управление были из Константинополя. Уже правленные. И вот московиты, чтобы угодить тогдашним хохлам и греческим глупостям, решили и у себя книги и обряды поправить. Чтобы, значит, влиться в тогдашнее «мировое сообщество». Ну, и заодно хоть какие-то начатки образования в своей поганой Москва насадить, открыв в Москве в 1687 году Славяно-греко-латинскую академию, по примеру Киево-Могилянской, открытой Константинопольским Патриархатом в Киеве в 1615 году. Поганые московиты даже по сравнению с хохлами были тогда полными невеждами и неучами — до такой дикости они довели Русь.

А в Европе в середине 17 века Ньютон уже свои законы физики сформулировал, и вместе с Лейбницем создал дифференциальное исчисление. И уже спорили о том, какова природа пространства и времени. Вопрос, о котором у нас — помимо меня — и сегодня никто даже близко подойти не может. Представляете, какой огромный культурный и интеллектуальный разрыв к этому времени образовался между Европой и дикой Москвой? Настоящая пропасть! И татары здесь вовсе не при чем: всю эту дикость и невежество у нас насаждали с 15 века вовсе не какие-то татары, и не попы — всю эту дикость у нас насаждала поганая Москва, со своей «московской государственностью» и «московской духовностью». И делала она это только для того, чтобы и дальше править Россией и русским народом своими примитивными ордынскими методами. 

Ну, и раз уж зашла речь о церковных делах, наверное, нужно кое-что сказать и об этом — чтоб «два раза не вставать».

У нас с какого-то времени стало модно — очевидно, под влиянием католико-протестантской Европы — винить в наших бедах и в наших «свинцовых мерзостях» православие и РПЦ. Так вот, важно понимать, что православие здесь совершенно не при чем. Вся эта дикость, погань и все эти «свинцовые мерзости» у нас имеют только одну причину и только один источник — поганую Москву, с ее «московской государственностью» и «московской духовностью». И если в связи с этим и можно говорить о православии, то только в том смысле, что поганая Москва, конечно, и нашу Церковь хорошенько придавила своей татарской ордынской задницей, и существенным образом исказила и всю нашу церковную и нравственную жизнь.

РПЦ у нас — под тяжестью этой московской ордынской задницы — превратилась в нечто вроде «больнички». Для больных, калек, юродивых, сирых и убогих. Превратилась в то место, куда русские люди у нас веками БЕЖАЛИ от всей этой московской мерзости и погани. Русские люди бежали в монастыри не столько даже ради святости, сколько просто для того, чтобы остаться нормальными людьми среди всей этой московской дикости и мерзости. Поэтому православие у нас — немощное и слабенькое, и в нем трудно найти какой-то воли и большой нравственной силы. Бороться со всей этой московской гнусностью и дикостью не могла даже Церковь. И русский народ у нас под властью этой поганой Москвы и без того превратился в сплошных мучеников. 

Правда, с христианской точки зрения, и особой ценности в этом мученичестве не было — Москва уничтожала и верующих, и не очень, и церковных людей, и светских. Она уничтожала всех одинаково, уничтожала всякую человеческую нормальность. Поэтому в этом мучительстве поганой Москвой русского народа и какую-ту «Святую Русь» разглядеть сложно — ведь русские люди мучились и погибали не за исповедание своей христианской веры, а просто потому, что они по каким-то причинам стали неугодными поганой Москве. «Нэт человека — нет проблэмы». Этого принципа не только поганый азиат Джугашвили со своей поганой советской гебней придерживался — этого принципа поганая Москва придерживалась издавна, и русских людишек она жрала по самым разным причинам. И за веру у нас погибали в основном все те же старообрядцы, которые довольно скоро превратились в своеобразную секту.

Но даже этого было много. Даже то, что православие и РПЦ позволяли русскому народу — среди всей этой московитской дикости и ужаса — сохранять рассудок и оставаться нормальными людьми — это уже очень много. Пусть в этом было мало нравственной силы, и больше было обычной жалости к людям — жалости почти бабской, но кто еще мог посочувствовать, утешить и пожалеть русских людей под властью поганой и дикой Москвы? Только Церковь да русские бабоньки.

И вот это также важно понимать: РПЦ и православие у нас — это один из немногих источников нормальности и цивилизованности. Это та ниточка и Вифлеемская звезда, которая — среди всего этого поганого московитства — все же связывает нас с истоками человеческой цивилизации. И поэтому РПЦ — пусть даже сильно придавленная и слабенькая — поганой Москве всегда сильно мешала. И сегодня мешает. И нам нужно наше православие и РПЦ беречь, несмотря ни на что. Так как, повторюсь, это то немногое, что поганой Москве не удалось полностью уничтожить или совершенно изуродовать, и что связывает нас с мировой цивилизацией, вопреки всей этой «московской государственности», с ее «московской духовностью» и прочими ужасами и извращениями. В нынешней России православие — это «окошко» в человеческую нормальность. Советские и гебешные твари даже это «окошко» пытались прикрыть и навесить на нем решетки, но все же лучше иметь это небольшое «окошко», чем не иметь ничего.

P.S. Сегодня в Москве скончался Константин Крылов — выдающийся русский мыслитель, философ и писатель. Я далеко не всегда и во всем соглашался со взглядами Крылова, но должен признать, что он был одним из первых (если не первым), кто наиболее ясно и глубоко осознал причины и истоки всех наших русских бед. И, как и я, он усматривал их в уродливой и дикой природе «московской государственности», и то, что я сейчас пишу о поганой Москве, во многом перекликается со взглядами Крылова.

Творческое и интеллектуальное наследие Крылова огромно, и оно оказывало и, я уверен, будет и дальше оказывать огромное влияние на русскую мысль, и пусть то, что я пишу сейчас, станет моим вкладом в развитие идей Крылова, в память об этом выдающемся русском мыслителе. Вечная память еще одному умному и хорошему русскому человеку, которому поганая Москва так и не позволила раскрыться в полной мере! Мы победим. Мы должны победить. Мы должны победить в себе и в России все это дикое московское поганство и вывести Россию и русский народ на нормальный и цивилизованный путь развития. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic