kirill_nav_1

Categories:

Как Китаю победить коронавирус и избавиться от угрозы появления новых вирусов?

Коронавирус продолжает шагать по Китаю и по планете Земля — на данный момент в Китае уже умерло от этого вируса более 700 человек, выявлено около 35 тыс. инфицированных. На самом деле, это не так много — можно сказать, просто мизер для миллиардного Китая, но опасность возникновения пандемии, которая может начать распространяться по всему миру, пока сохраняется, а последствия этого вируса уже нанесли большой урон и китайской, и всей мировой экономике.

Полагаю, что китайским властям — при поддержке России и всего мирового сообщества — все же удастся справиться с этой напастью, но я хочу сказать о другом. О причинах этого нового вируса. Конечно, нельзя исключать, что эта эпидемия стала результатом биологическое войны, которую тупые пиндосы развязали против Китая — заокеанские ублюдки способны на любые преступления, и они уже давно мечтают о том, чтобы подорвать экономику Китая. Но даже если это и так, — то есть если этот вирус действительно был создан искусственно в одной из многочисленных биологических лабораторий Пентагона или ЦРУ, разбросанных по всему миру, а потом был внедрен на территории Китая, — это не отменяет другую проблему. Ведь Китай уже не в первый раз становится источником появления и распространения новых смертоносных вирусов, и связано это не столько даже с жуткой антисанитарией во многих китайских городах, сколько, скажем там, с национальными особенностями «китайской кулинарии». То есть, проще говоря, с тем, что в Китае издавна принято жрать вообще все подряд — все, что растет, движется, летает, ползает или копается под землей.

Отчасти эти кулинарные традиции, конечно, связаны с тем, что Китай всегда имел огромное население, но прокормить его за счет государственной ирригационной системы с выращиванием риса было не всегда возможно, и на протяжении всей своей истории Китай сталкивался с периодическим массовым голодом, уносившим жизни миллионов китайцев. И поэтому там издавна принято жрать вообще все — змей, крыс, собак, кошек, лягушек, летучих мышей, саранчу — все, что содержит белки и жиры. Более того, как известно, в последние годы Компартия Китая проводила политику регулирования рождаемости («одна семья — один ребенок»), пытаясь предотвратить чрезмерный рост численности населения Китая, и эта политика, конечно, сопровождалась огромным количеством абортов, которые китайские женщины делали на разных этапах беременности. И из этих абортированных человеческих эмбрионов китайцы не только делали лекарства или парфюмерию и продавали их западным компаниям, которые делали из них то же самое, но и нередко употребляли эти эмбрионы в пищу. То есть в буквальном смысле ели людей — и при этом полагали, что поедание таких эмбрионов дает им здоровье и повышает потенцию.

Вот и эту эпидемию коронавируса ученые связывают с тем, что в Ухане китайцы сожрали какое-то дикое животное, зараженное этим вирусом. Какое именно — об этом ученые спорят: в прессе сообщалось, что носителем вируса могло стать мясо змеи, или летучих мышей, или циветы — экзотического зверька, распространенного в Юго-Восточной Азии, сейчас пишут, что промежуточными носителями вируса могли стать панголины — еще одно экзотическое дикое животное данных мест. Но проблема, повторюсь, не в том, что у каких-то диких животных или птиц появляются такие вирусы — проблема в том, что китайцы всех этих животных ловят, а потом жрут.

Панголин - экзотическое животное, распространенное в Южной Африке и Юго-Восточной Азии, мясо которого очень ценится во многих странах Юго-Восточной Азии. И которое, по мнению некоторых ученых, стало промежуточным носителем нового коронавируса 2019-nCoV.
Панголин - экзотическое животное, распространенное в Южной Африке и Юго-Восточной Азии, мясо которого очень ценится во многих странах Юго-Восточной Азии. И которое, по мнению некоторых ученых, стало промежуточным носителем нового коронавируса 2019-nCoV.

Конечно, это и само по себе создает достаточно большой риск того, что при поедании мяса или внутренностей таких диких животных — даже после варки или жарки и под традиционным китайским соевым соусом — этот вирус может передаться людям, и стать для них смертельным. Но проблема еще и в том, что вся эта ловля, продажа и приготовление подобных диких животных в Китае часто происходят в совершенно антисанитарных условиях. 

Хотя Ухань — ставший центром этой эпидемии — это не какая-то провинциальная дыра в Китае, нет. Это крупнейший город в центральном Китае, с населением в 12 млн. человек, крупнейший транспортный узел, и там есть и медицинские центры, и институты, и университеты. То есть это что-то вроде нашей Москвы, только если в России Москва является скорее центром духовных и умственных вирусов, которыми москвичи заражают и поражают всю Россию, отравляя своими испражнениями и мусором всю страну, то Ухань стал центром вируса обычного — биологического. И стал он им потому, что в Ухане — как и во многих других китайских городах — действует крупный рынок, на котором продаются дикие животные и их мясо. И все это — в жутких антисанитарных условиях

Рынок диких животных к Ухане. Китаец чистит лягушек, тут же рядом весы и тазик, забрызганные кровью (возможно, других животных), все это делается одним ножом. Но для многих китайцев такое мясо - это "деликатес".
Рынок диких животных к Ухане. Китаец чистит лягушек, тут же рядом весы и тазик, забрызганные кровью (возможно, других животных), все это делается одним ножом. Но для многих китайцев такое мясо - это "деликатес".

Для русских, конечно, все это кажется диким, и вся эта «традиционная китайская кухня» ничего, кроме тошноты и рвотного рефлекса у нас вызвать не может. А собак, кошек или крыс у нас могут есть только какие-нибудь совсем опустившиеся бомжи, да и то — только перед этим сильно напившись. А для китайцев все это — «осень вкусна, халасо!». У нас даже лягушек многие есть брезгуют, хотя французы их едят и считают «деликатесом» — за что на Руси французов издавна презрительно прозвали «лягушатниками». Но китайцы жрут не только лягушек или змей — они жрут вообще все.

Впрочем, справедливости ради надо заметить, что похожие кулинарные традиции распространены не только в Китае, но и во многих других странах Юго-Восточной Азии. И собак там даже специально выращивают для еды. А в Таиланде половыми железами циветов еще и обмазывают жилища. Для русского (и европейского) нюха этот запах просто непереносим и вызывает рвоту, а для тайцев — «осень вкусно пахнет, халасо!».

И проблема здесь, повторюсь, даже не в том, что китайцам или другим жителям Юго-Восточной Азии сегодня жрать нечего и им угрожает голодная смерть, и поэтому они жрут мышей, лягушек или циветов с голодухи. Проблема в том, что все это для них стало частью их «национальной кухни», они просто не представляют свой стол без всего этого говна, и даже готовы платить приличные деньги, чтобы покушать собачинку или мышатинку — так как считают, что мясо и другие органы подобных животных дают здоровье, повышают потенцию и все такое.

А значит, это проблема не столько даже экономическая, сколько чисто культурная. Точнее сказать, религиозная. Ведь в христианском и исламском мире кулинарные правила и традиции формировались под влиянием религиозных представлений — в том числе о том, что есть можно, а что нет. Плюс различные посты и другие ограничения. Русские в этом смысле — ужасные чистоплюи и очень брезгливы, и даже, повторюсь, лягушек есть брезгуют. И во многом, конечно, благодаря православию. А в Юго-Восточной Азии таких традиций нет. Точнее сказать, там другие традиции — жрать все подряд. Никаких запретов и ограничений.

Поэтому исправить ситуацию Китай сможет, только если что-то изменит в своих традициях — в том числе кулинарных. Ведь понятно, что никакими запретами и наказаниями Компартия Китая — даже если она захочет это сделать — не сможет отучить миллионы китайцев жрать мышей, змей или крыс. Это можно сделать, только если китайцы начнут воздерживаться от всей этой дикости добровольно — то есть по внутреннему религиозному убеждению. То есть приняв какую-то религию библейской традиции. 

Какую? Ну, понятно, что ислам исключается полностью — так как это может привести к тому, что в Китае вскоре появятся исламские радикалы и террористы, и управляться они будут даже не из Саудовской Аравии, а из Лондона и Вашингтона. Иудаизм — тоже религия довольно особенная, и для нормальных людей совершенно неприемлемая, это религия жидов и для жидов. Католицизм? Конечно, христианство в этом смысле гораздо предпочтительней, тем более, что при желании христианство вполне можно будет легко совмещать с идеологией Компартии Китая. Но католицизм сегодня — это религия уже разложившаяся. Ее и в Европе-то уже никто не уважает, а Папы Римские уже давно отклонились от всякого христианства и сегодня служат интересам Запада в целом. К тому же в истории Китая уже был опыт общения с католиками-иезуитами, и ничем хорошим это не закончились. Протестантизм? То же самое. Для Китая это несет слишком большие риски.

А вот православие для Китая и китайцев подойдет отлично. Православие дает человеку небывалую внутреннюю свободу и силу, и в то же время, в традиции православия не принято смешивать религию с политикой, и Церковь почти никогда не лезла в политику. Поэтому для Компартии Китая китайская православная Церковь не будет представлять никакой угрозы, но зато позволит китайцам прильнуть к великому европейскому греко-римскому и христианскому наследию. И, конечно, получать крещение китайцам лучше всего от русских, а не от каких-то греков — греки тоже уже пали, а их православие далеко от истины. И это позволит Китаю со временем наладить еще более тесные отношения со своим северным соседом — Россией, и при этом православие научит китайцев быть сильными и смелыми. А также научит их творчески подходить к решению многих проблем, а не просто тупо копировать то, что сделали русские или тупые пиндосы — как сейчас чаще всего поступают китайцы.

И китайцам сейчас этого очень не хватает. У них первая в мире экономика, мощнейшая армия, и они вроде бы претендуют на роль сверхдержавы, но китайцы и сами чувствуют, что к такой роли они пока не готовы. А почему — они не понимают. И в последнее время они позволяют себе немало дерзких выпадов в адрес русских, так как китайцы все не могут понять, в чем состоит сила русских и России, и немного русским завидуют — занять место СССР у Китая пока не получается. А сила русских — конечно, в их истории и культуре. В том числе — в православии. И если китайцы примут православие, они не только войдут на равных в число западных народов, но и обретут то, чего им так не хватает, и чем обладают русские и западные народы — духовной волей и творческой силой. 

Ну, и заодно избавятся от всех этих своих диких кулинарных традиций, которые создают для Китая серьезную угрозу через опасность появления в Китае новых вирусов от поедания китайцами диких животных и прочей дряни. А для Китая — с его огромным населением, с еще недостаточно развитой доступной медициной для многих китайцев и с большими экологическими проблемами во многих городах и регионах — подобные эпидемии могут нанести огромный ущерб, даже если удастся вовремя предотвратить их распространение по Китаю и по всему миру. И враги Китая — прежде всего, тупые пиндосы — конечно, обязательно воспользуются этими проблемами Китая в своих целях. Что данная эпидемия коронавируса демонстрирует со всей наглядностью.                    


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic