kirill_nav_1

Categories:

Что есть пространство-время как гравитационно-инерционное поле?

Таким образом, говоря о пространстве и времени следует избегать двух ошибок. С одной стороны, ни в коем случае нельзя рассматривать пространство-время только как идеальную геометрическую реальность, которая каким-то образом существует отдельно от материи — как некий «пустой ящик», в котором находится (или не находится) материя и в котором происходят физические события. И уж тем более является глупостью понимать и трактовать ОТО так, как это делал Эйнштейн — то есть что якобы материя взаимодействует с этой идеальной геометрической реальностью, а изменение геометрии этой идеальной реальности якобы и приводит к гравитационному эффекту. 

Мы можем говорить таким образом только для упрощения понимания происходящих процессов, то есть имея в виду только математическое описание этих процессов — примерно так же, как мы говорим, например, что «идет снег» или «идет дождь» или что «дым бежит из трубы». Хотя мы, конечно, понимаем при этом, что у снега или дождя или дыма нет ног, чтобы куда-то идти или бежать. Или примерно так же, как мы говорим, что поверхность воды озера «изогнулась», «вздрогнула» или «пошла рябью» от брошенного в воду камня, хотя мы при этом прекрасно понимаем, что поверхность воды не существует без самой воды или как-то отдельно от воды, и все, что происходит с этой поверхностью — происходит с водой, а не с поверхностью как таковой, и существование «поверхности воды», как и геометрические свойства этой поверхности, определяются свойствами воды, а не самой поверхностью. Поверхность воды, как геометрическая реальность, не существует как-то отдельно от воды, как реальности вещественной и материальной.     

Поэтому и пространство-время, — как реальность идеальная и геометрическая, — конечно, не могут существовать отдельно от материи, и уж тем более не могут взаимодействовать с материей, и уж тем более, изгибаясь, они не могут оказывать воздействие на тела и материю. Изгибание пространства-времени есть следствие взаимодействия материи — то есть следствие взаимодействия тел большой массы с гравитационно-инерционным полем, которое, как пространство-время, существует для нас уже как реальность идеальная и геометрическая — подобно тому, как поверхность воды существует для нас уже как идеальная геометрическая реальность. 

Как и волна — как изгибание поверхности воды — будучи уже реальностью чисто идеальной и геометрической, не существует как-то отдельно от воды. И когда мы говорим, что «волна бежит по поверхности моря», или что «лодка качается на волне», или что «волна ударила о борт лодки», или что «волна захлестнула лодку», — мы при этом понимаем, что волна не существует отдельно от воды, и все, что происходит с волной — происходит в действительности с водой, как с веществом и материей, и мы лишь описываем эти процессы через понятие «волны» как идеальной (геометрической и математической) реальности, когда мы абстрагируемся от материального содержания волны — воды — и описываем уже эти процессы как процессы геометрические и математические. Более того, поскольку свойства многих жидкостей одинаковы, мы можем использовать математический аппарат, описывающий волны жидкости, не только для описания волн воды, но и для других жидкостей. И теперь эта идеальная математическая реальность — волна — начинает для нас существовать отдельно не только от воды озера или моря, или отдельно от других масс воды, но и отдельно от любых жидкостей.

Эйнштейн, с философской точки зрения, был туповат. Это не секрет, и это было всем хорошо известно, и это особенно ярко проявилось в его спорах с Бором о квантовой механике. И, как все туповатые философы — будь то европейские «философы» или «философы» еврейские — в качестве последнего «философского аргумента» в спорах с Бором Эйнштейн приплетал Бога, «который не играет в кости». Хотя если у Лейбница Господь Бог командовал «монадами», почему бы Ему и не «поиграть в кости»? Это проблема всей западной мысли и западной цивилизации, я об этом уже писал — европейские варвары, превратившие философию Аристотеля в часть своей теологии, со времен схоластов и далее постоянно путали Божий дар с яичницей. И Эйнштейн здесь не был исключением. Поэтому с философской точки зрения то, как трактовал ОТО сам Эйнштейн и как ее трактуют сегодня многие физики — это бред собачий.

Хотя как физик Эйнштейн все делал правильно — если мы действие волны на лодку или на берег можем описать как действие геометрической и математической реальности на тело (а иначе мы это описать не можем), то это вполне годится. Но если физики или кто-то еще начнет утверждать, что волны жидкости могут существовать без самих жидкостей — мы бы сочли их за сумасшедших. Однако сам Эйнштейн и другие физики в своей трактовке ОТО делают примерно то же самое — то есть заявляют, что реальность геометрическая (то есть идеальная), пространство-время, не только существует как-то отдельно от материи, но может с ней взаимодействовать. Для западных натурфилософов такие глупости еще простительны, а вот для настоящей философии такие глупости терпеть невозможно.   

Мы можем "прокатиться на волне" или "покататься на гребне морской волны", однако мы при этом прекрасно понимаем, что волна не существует без воды моря, и что волна - это только геометрическое определение воды и ее свойств, и что свойства волн определяются свойствами воды как вещества и материи. Но почему-то Эйнштейн и многие другие физики трактуют ОТО таким образом, что пространство-время - как реальность идеальная и геометрическая - у них не только существуют отдельно от всякой материи, но и постоянно с ней взаимодействуют как некая отдельная "сущность".
Мы можем "прокатиться на волне" или "покататься на гребне морской волны", однако мы при этом прекрасно понимаем, что волна не существует без воды моря, и что волна - это только геометрическое определение воды и ее свойств, и что свойства волн определяются свойствами воды как вещества и материи. Но почему-то Эйнштейн и многие другие физики трактуют ОТО таким образом, что пространство-время - как реальность идеальная и геометрическая - у них не только существуют отдельно от всякой материи, но и постоянно с ней взаимодействуют как некая отдельная "сущность".

Поэтому, конечно, пространство-время — как реальность идеальная и как реальность уже геометрическая — не существуют и не могут существовать отдельно от материи. Пространство-время — это только форма материи, форма в аристотелевском понимании, то есть уже нечто идеальное, что мы можем отличить от материи, но что без материи, конечно, не существует. И в этом смысле пространство-время, как идеальная форма, отличаются от форм единичных вещей (в том числе их геометрических форм), только тем, что это форма уже не какой-то единичной вещи, а форма всеобщая и универсальная, через которую задается геометрическая форма для отдельных тел или других форм материи — в том числе, например, для воды или для потока газа. Пространство-время, пользуясь терминологией Аристотеля — это «форма всех форм», форма через которую определяются геометрические формы отдельных вещей и форм материи (форм — уже как «сущностей»). Пространство-время — это какая-то фундаментальная и всеобщая форма для материи, существующая еще до того, как материя обретает геометрическую форму единичных тел или частиц уже в этой всеобщей форме как в пространстве-времени.

Но какой бы всеобщей и универсальной ни была эта форма — это все же форма материи. Которая не существует отдельно от материи. Точнее сказать, отдельно от материи она существует уже только в нашем познании и разуме. Примерно так же, как в нашем познании и в нашем разуме «лошадь» — как понятие и как мыслительная форма — может существовать отдельно от всяких действительных лошадей. Однако если сам Аристотель полагал, что эта форма может существовать отдельно от лошадей и объективно — мы эти представления Аристотеля отвергаем, и ранее мы уже подробно объяснили, почему в этом вопросе Аристотель ошибался. Однако у Эйнштейна и других современных натурфилософов отдельно от материи и вещей существует даже не лошадь, и даже не единорог, — у них существует какой-то «сферический конь в вакууме», то есть пространство-время как чисто идеальная геометрическая реальность. Более того, у них этот «сферический конь в вакууме» постоянно трахает реальных лошадей, а реальные кони все вместе трахают этого «сферического коня в вакууме». 

Но здесь, с другой стороны, нельзя совершать и другую ошибку — то есть говорить о пространстве-времени как о «вакууме». Так как по сути в итоге получится все тот же «сферический конь в вакууме». Что такое этот «вакуум»? И почему свет перемещается и имеет строго определенную скорость при движении в этом «вакууме»? И что такое эта скорость света и как она определяется — это свойство света или свойства этого непонятного «вакуума»?

Свет движется не в каком-то непонятном «вакууме», и его скорость определяется не в «вакууме». Свет движется в пространстве-времени, и скорость света — это величина пространственно-временная. И когда современные натурфилософы говорят о «скорости света в вакууме» — они тем самым лишь пытаются закамуфлировать свое полное непонимание, что такое пространство-время и как они существуют. А также слегка закамуфлировать несуразность всего того бреда, который они несут о самом этот пространстве-времени, представляя их как некую «сущность», которая существует отдельно от материи. 

Ведь если многие физики, вслед за Эйнштейном, еще готовы поверить, что пространство-время как-то взаимодействует с массой (то есть с материей), то поверить, что свет — как физическая реальность и как определенная форма материи — может взаимодействовать с чисто идеальной и геометрической реальностью пространства-времени, им уже гораздо сложнее. И еще сложнее втюхивать эту чушь других людям, далеким от философии и натурфилософии. И этот их «вакуум», в котором движется свет и в котором они определяют его скорость — это просто фиговый листочек, призванный прикрыть наготу всего остального бреда, который они несут, вслед за Эйнштейном, о пространстве-времени, то есть просто попытка все-таки придать пространству-времени характер физической реальности и как-то связать их с материей и материальной, физической природой света.

Свет движется, конечно, не в каком-то непонятном «вакууме» — он движется в пространстве-времени. Точнее сказать, свет — как физическая реальность — движется в гравитационно-инерционном поле. А еще точнее будет сказать, что движение света в пространстве-времени — это результат взаимодействия света с этим гравитационно-инерционным полем, так как особенность этого поля в том и состоит, что только в нем и через него возможно всякое движение — как движение в пространстве-времени. И когда мы говорим о «скорости света» — мы говорим о взаимодействии света (как электромагнитной волны и потока фотонов) с этим гравитационным-инерционным полем. И поэтому «скорость света» — это параметр этого взаимодействия, в котором обнаруживаются и свойство самого света, и свойства этого гравитационно-инерционного поля. Причем эти свойства гравитационно-инерционного поля, как мы знаем, есть объективные свойства этого поля, то есть они никак не зависят от свойств и движения систем отсчета — так как скорость света всегда остается постоянной вне зависимости от скорости источника и приемника света относительно какой-то третьей системы отсчета или относительно друг друга. 

Движение волны возможно только в какой-то физической, материальной среде. Но это движение - уже не есть сама эта материя, а есть ее движение, то есть взаимодействие форм материи в пространстве-времени.
Движение волны возможно только в какой-то физической, материальной среде. Но это движение - уже не есть сама эта материя, а есть ее движение, то есть взаимодействие форм материи в пространстве-времени.

И поэтому скорость света выступает важнейшим объективным параметром пространства-времени — как геометрической реальности, возникающей из материи в форме гравитационного-инерционного поля. То есть, как говорят натурфилософы, скорость света определяет метрику этого пространства-времени. Примерно так же, как свойства воды определяют свойства его волн — их высоту, частоту, скорость, а ограничения на эти величины вытекают из свойств самой воды и других форм материи и полей.

И когда говорят, что пространство Минковского — будь то плоское пространство, которое существует в специальной теории относительности, или искривленное пространство, которое существует в ОТО — является чисто геометрическим и математическим представлением, то это также глупости, конечно. Так как метрика этого пространства уже содержит в себе физические параметры — в первую очередь, скорость света. А также представление о том, что четвертое измерение в этой метрике — время — существует иначе, чем три другие — пространственные — измерения. И при этом это четвертое измерение связано с тремя другими именно через скорость света — величину физическую.

В общем, то, что современные натурфилософы несут по поводу пространства-времени и ОТО — это что-то ужасное. И за всем этим — полное непонимание, что такое пространство-время — как они существуют как идеальная (геометрическая) реальность и как эта идеальная реальность связана с материей. Возможно, для самой натурфилософии это и не столь критично, так как для натурфилософии мало что изменится от того, будут ли современные натурфилософы считать волну, как идеальную и математико-геометрическую сущность, какой-то отдельной сущностью, которая существует отдельно от материи не только в их головах, но и объективно, или же они все же сохранят адекватность и понимание, что волн без воды или другого вещества не существует. Ведь формулы волны от этого не изменятся, как не изменится от этого и природа. Но для философии все подобные взгляды современных натурфилософов кажутся дикостью. Впрочем, и для самой натурфилософии подобные дикие взгляды — столь характерные для всей западной «философии» — могут оказаться в итоге препятствием для развития и для правильного понимания каких-то очень важных вещей о том, что есть наш мир и природа.    

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic