kirill_nav_1

Categories:

Что есть наше рациональное познание? - 6

Что есть наше рациональное познание? (1), (2), (3), (4), (5), (6)

Но примерно такой же синтез эмпирического подхода и подхода кантианского мы можем осуществить и в отношении нашего рационального познания. Ведь, как я показал ранее, онтологические основания рационального познания почти такие же, как и у познания эмпирического. И главное отличие рационального познания от эмпирического состоит, во-первых, в том, что оно соотнесено уже с эмпирическим опытом (а не непосредственно с вещью-как-материей, как при эмпирическом познании), а во-вторых, рациональное познание осуществляется в особых, присущих нашему рассудку и разуму формах, которые принципиально отличны от всех форм чувственного восприятия. Но это второе отличие также не является каким-то ограничением для распространения нашего гносеологического подхода на рациональное познание — ведь и наши формы чувственного восприятия принципиально отличны от вещей-как-материя, и, скажем, цвет — как форма зрительного восприятия — очень отлична от длины волны как объективного содержания такого восприятия. 

И поэтому мы здесь снова можем вполне согласиться с Кантом в том, что все формы нашего разума принадлежат нашему разуму и существуют в нем до всякого опыта. Но мы также должны признать, что наше рациональное познание имеет своей целью познание объективного мира — через познание эмпирического опыта. А значит, в нашем рациональном знании, как и в знании эмпирическом, должно присутствовать некое объективное содержание. Наше рациональное знание, конечно, существует только в нашем разуме, и есть уже некая совершенно особая реальность — реальность мышления, языка, научных теорий и гипотез. И эта реальность столь же (или даже более) отлична от объективного мира, как реальность нашего эмпирического опыта. Но в этой реальности умозрительного мира должно содержаться в особой, присущей нашему разуму форме, некое объективное содержание объективного мира.

То есть, иначе говоря, и в самом объективном мире уже должно присутствовать некое ratio, которое наш разум постигает через эмпирический опыт и содержит в своем рациональном знании как объективное содержание этого знания. Хотя это объективное ratio было бы глупо представлять как некую «идею» (как это делал Платон) или некие «законы мышления» (как это сделал кретин Гегель). Это ratio принципиально отлично от всех наших идей или законов мышления, и мы здесь не должны повторять ошибок, которые были столь свойственны философии на протяжении веков.

Как объективное содержание вещи-в-материи дается нам в нашем эмпирическом опыте — это мы еще можем представить, прибегнув к примерам из физики. Например, соотнеся звук с представлением о колебаниях в среде, а цвет — с длиной волны электромагнитного колебания. Но в отношении этого объективного ratio мы даже этого сделать не можем, так как представления о колебании в среде или о длине электромагнитной волны — это уже физическая теория. То есть то самое рациональное знание, природу которого мы должны объяснить. И мы не можем объяснить это ratio с помощью того ratio, которое присутствует в нашем разуме и которое наш разум придает (или пытается придать) всему эмпирическому опыту.

То есть это ratio — уже не совсем то ratio, которое является свойством нашего разума. Это нечто другое. Более того, поскольку онтологические основания рационального познания — те же самые, что у познания эмпирического, мы можем предположить, что это объективное ratio объективно (то есть в мире вещи-как-материи) существует лишь потенциально, как возможность, и что наш разум — создавая свою реальность рационального умозрительного мира — лишь выявляет это ratio, подобно тому, как наше сознание через ощущения звука или цвета выявляет объективное содержание вещи-как-материи, которое объективно, без нашего сознания,  существует лишь потенциально — как возможность вкуса, звука или цвета в нашем сознании.

Еще раз повторю: мы не должны поддаваться философскому соблазну и пытаться отождествить наше ratio с этим ratio объективного мира. Немецкий кретин и шарлатан Гегель уже сделал это за нас, и одной этой попытки оказалось достаточно, чтобы понять, куда ведет философию этот путь — к немецкому идиотизму и безумию. Поэтому мы здесь должны быть очень осторожны, и для понимания, что есть это объективное ratio и как оно существует, мы должны не только внимательно изучить, что есть наш разум и откуда берутся его законы, но и более внимательно посмотреть, как наш разум формирует свое рациональное знание.

То есть здесь важно понимать, что наше рациональное знание (включая науку), конечно, есть только наше знание и существует оно только в нашем разуме и сознании, как некая умозрительная (теоретическая) картинка. И этот умозрительный мир существует в формах, присущих нашему разуму. Глупо думать, что в объективном мире существуют числа и формулы (как это полагал Пифагор) или идеи (как это полагал Платон), и уж совсем полным идиотизмом будет полагать, что наш мир существует и развивается в соответствии с законами нашего мышления (как это полагал немецкий кретин и шарлатан Гегель).

Но и полагать, что это наш разум «предписывает» природе свои законы, на основании только и исключительно имманентных законов самого разума — как это полагал Кант — также будет большой ошибкой. Безусловно, это наше сознание «предписывает» цвета окружающему миру — так как цвет как форма восприятия есть форма нашего сознания, форма нашего чувственного восприятия. Но наше сознание «предписывает» окружающим предметам цвета вовсе не только на основе каких-то правил и законов самого нашего сознания, чувственных или рассудочных — наше сознание это делает на основе объективного содержания, полученного из объективного мира. Так как только таким образом наш эмпирический опыт оказывается соотнесенным с миром вещи-как-материи, то есть дает нам адекватные, объективные представления об этом мире.  

И поэтому, смеем мы предположить, и деятельность нашего разума и мышления вовсе не сводится к тому, чтобы связать воедино картинку эмпирического опыта в формах рассудка и разума на основе только и исключительно законов самого рассудка и разума, а затем «предписать» нашему опыту эти законы разума. Цель нашего разума и рационального познания, как и познания эмпирического — дать нам адекватные представления об окружающем мире. То есть представления, в которых будет присутствовать объективное содержание — пусть даже уже в очень особенных формах нашего разума и нашего мышления. И хотя эта деятельность разума уже отчетливо носит самодеятельный и даже творческий характер (а не «автоматически-рефлексивный», как при восприятии и формировании картинки ощущений), и происходит она в соответствии с правилами и законами самого разума, все же цель этой деятельности — представить в формах разума и мышления объективное содержание объективного мира (то есть некое объективное ratio).

Все в этом мире гораздо сложнее. И гораздо интересней. И следующим нашим шагом будет попытка понять, что есть это объективное ratio, как оно существует и как оно соотнесено c ratio человеческого разума. Но обо всем об этом мы поговорим уже в следующий раз.                   

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic