kirill_nav_1

Categories:

Критика "Критики чистого разума" еще более чистым разумом - 12

Таким образом, в процессе восприятия и познания мира происходят два «трансцендентных перехода». Сначала вещи и предметы — как вещи-в-материи, как предметы объективного мира — вступают во взаимодействие с другой такой же материальной вещью, существующей в том же материальном мире — с человеком. Точнее сказать, с его телом и плотью, оказывая воздействие на его органы чувств — которые, конечно, также есть материя и плоть, и в этом и состоит одно из главных их достоинств. Обратим внимание, что здесь вещи и человек пока что существуют в одной онтологической реальности, в одном «онтологическом пространстве», поэтому здесь нет и не может быть никакой «стены» между человеком (его телом) и другими вещами, и вещи на человека воздействуют так же, как и на другие материальные вещи: кирпичу абсолютно все равно, куда падать —  на голову человека или на асфальт, и если он будет падать на голову человека, кирпич это не остановит, так как, «с точки зрения кирпича», голова человека ничем не лучше асфальта (разве что только тем, что в нее труднее попасть).  

Первый «трансцендентный переход» (как и второй) происходит не между объективным миром и человеком, а между человеком-как-плотью (то есть частью материального мира) и человеческим сознанием. И этот переход совершается уже В САМОМ ЧЕЛОВЕКЕ, как переход между двумя его реальностями, двумя планами бытия, в которых он всегда существует одновременно — между ним в качестве вещи-как-материя и им же, но уже в качестве вещи-для. И в результате этого перехода материальный мир, воздействующий на органы чувств, превращается в наши субъективные ощущения, то есть уже в феномены нашего сознания. После чего происходит то, что описал Кант — то есть наше сознание с помощью присущих ему форм выстраивает свою «картинку мира», тот самый мир-для-человека, как он является уже сознанию человека и существует в сознании человека.

Но каков мир и вещи без человеческого сознания, «сам-по-себе»? — может задать вопрос какой-нибудь умственно отсталый еврейчег, который, прочитав все сказанное, все равно ничего не понял. Мы этого не знаем. Точнее сказать, это вообще бессмысленный и идиотский вопрос. Каков, например, кабанчик без нас и нашего сознания, сам-по-себе? Но что значит «сам-по-себе»? Как я показал ниже, вещь сама-по-себе — это не то, как вещь существует вне своего явления нашему сознанию, а то, как она существует «изнутри себя самой». В данном случае — как кабанчик существует «изнутри самого себя», то есть как сознание, способное воспринимать окружающий мир, из своей субъектности и субъективности. И чтобы узнать, каков кабанчик «сам-по-себе» — нам нужно стать кабанчиком. Оно нам это надо? Каков кабанчик «сам-по-себе» — мы можем узнать только в результате процесса познания кабанчика: проводя наблюдения за его поведением, изучив его образ жизни и т.д., и этот процесс познания никогда не будет завершенным. Но все это — уже через его явление нам как кабанчика. Что же касается его явления другим вещам, то всем вещам он является по-разному — в зависимости от их собственной субъектности. Другим кабанчикам он является одним образом, птицам — другим, волкам и медведям — как-то иначе. А нам он является так, как мы можем его воспринимать, и каким мы его знаем и любим.

После того, как наше сознание сформировало это явление вещи — с помощью своих форм сознания — происходит второй «трансцендентный переход». И происходит он, конечно, снова внутри человека, между двумя его онтологическими планами. Но на этот раз, так сказать, уже в обратном направлении — из сознания в мир материальных вещей. И в результате этого перехода мы накладываем созданную нами картинку на «оригинал» — то есть на мир, который мы восприняли с помощью органов чувств. Но это уже наша картинка: цвета, запахи, ощущения — это уже феномены нашего сознания. Более того, при этом втором переходе и наложении картинки, в эту картинку уже добавляются не только формы ощущений, но и формы рассудка и разума, то есть мы уже связываем эту картинку и с помощью понятий, логических форм и категорий (причинно-следственных связей, категории «необходимости» и прочих). То есть не только «раскрашиваем мир в наши цвета», но и придаем ему смысл — как мы его сформировали в нашем сознании (в нашем разуме и рассудке). И теперь мы в этом мире уже снова существуем как плоть и как вещь среди других вещей.   

Мы преображаем мир. Очеловечиваем его. И существуем в нем уже как в нашем, человеческом мире, окрашенном в наши цвета и наделенном нашими смыслами, понятиями и представлениями. Причем делаем мы это не только с помощью сознания, но и тела — ведь без нашей телесной природы такие «трансцендентные переходы» между этими двумя модусами бытия были бы невозможны. И таким образом мы накладываем на мир уже свою картинку, преображая вокруг весь мир и придавая ему наши смыслы. 

Иногда эта наложенная картинка может «не совпадать» с оригиналом. То есть давать сбой (понятно, что наша картинка и не должна и не может «совпадать с оригиналом», и речь здесь именно о косяках). Особенно часто это касается тех смыслов и понятий, которые мы приписываем объективному миру в своем познании. И тогда нам приходится эту картинку пересматривать и корректировать. С явлением же мира, с тем, как мы его видим, это, конечно, происходит гораздо реже, так как здесь и наше тело и наше сознание работают «на автомате», без всякой сознательной рефлексии. Но никакого принципиального «разрыва» или «непроницаемой стены» — как это получилось у Канта — между нами и познаваемым миром не существует. Так как оба этих «трансцендентных перехода» происходят внутри человека, и при этом, конечно, ни вещи никуда не скачут, ни наше сознание никуда не выпрыгивает за свои пределы и границы.               


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic