kirill_nav_1

Category:

Критика "Критики чистого разума" еще более чистым разумом - 6

Таким образом, вещь-в-себе Канта уже не есть и не может быть предметом познания, так как она принципиально находится вообще за пределами всякого познания. И поэтому отношения между нашим сознанием и вещью-в-себе уже не могут трактоваться как отношения между познающим субъектом и познаваемым объектом — как часто ошибочно интерпретировали (или пытались интерпретировать) философию Канта впоследствии: вещь-в-себе у Канта в принципе непознаваема и непостижима, так как она трансцендентна к нам почти так же, как Бог.

Объект мы обычно определяем как то, что находится вне и независимо от нашего сознания, как объективную реальность, которая не является нашим сознанием, но которая МОЖЕТ стать частью нашего сознания, и которую поэтому мы можем познавать. Ну, вот в лесу зверушки бегают, живут какой-то своей жизнью, и им до нас (как и нам до них) нет никакого дела — мы можем о них вообще ничего не знать. А потом мы приходим в лес — и опа! И мы совершаем «открытие» — находим этих зверушек, а затем начинаем их изучать как объект познания. Здесь субъект и объект познания находятся в более-менее «равных правах», они существуют в каком-то общем «онтологическом пространстве», и поэтому проблема познания здесь — только в том, как мы познаем объект, то есть в методах познания.

У Канта вещь-в-себе и наше сознание уже не находятся в каком-то общем «онтологическом пространстве» — между ними находится почти непроницаемая стена, через которую вещь-в-себе только едва-едва «просачивается» в наше сознание в форме ощущений. Это уже, строго говоря, две разные онтологические реальности, принципиально разные, и поэтому хотя вещь-в-себе нередко определяют так же, как определяют «объект» и «объективную реальность» — то есть как то, что «находится вне и независимо от нашего сознания», при формальной схожести этих определений, вещь-в-себе у Канта уже не является просто «объективной реальностью, которая находится вне и независимо от нашего сознания». Это уже нечто более сложное и глубокое — хотя бы потому, что, в отличие от объекта и объективной реальности, вещь-в-себе в принципе не может стать предметом нашего познания.

И вот это важно понимать. Важно понимать, что — хотя сам Кант считал свою философию «теорией познания» — он копнул так глубоко, что проблемы, которая ставит его философия, уже не являются проблемами чисто гносеологическими. Кант копнул в онтологию, в то, как устроен наш мир. Но если так — то и решения проблем философии Канта уже не могут быть найдены на почве гносеологии, и их нужно искать на почве онтологии.

И весь вопрос — как это сделать. Ведь если все эти безмозглые еврейчеги вроде Когена и Гуссерля поняли философию Канта именно как гносеологию, а потом пытались своими крепкими еврейскими задами высидеть решения проблем философии Канта на почве гносеологии (безуспешно, конечно), то безумные немцы Фихте, Шеллинг и Гегель, да и Шопенгауэр, сразу поняли, что проблемы философии Канта носят онтологический характер, и попытались найти решение этих проблем уже на почве онтологии. Но никому из них это не удалось, и философия их усилиями и вовсе превратилась в какой-то бред и безумие.

Поэтому здесь — прежде чем пытаться найти выход из философии Канта в онтологию — очень важно правильно расставить акценты. Философия Канта — это философия настоящая и добросовестная, до него столь же предметно и ясно мыслил только Аристотель (который и задал все дальнейшее развитие интеллектуальной культуры на несколько столетий вперед). Это Гегель мог крутить своей «диалектикой» как ему вздумается, и от этого в его философии мало что поменялось бы (бред есть бред), а шарлатан Карла Марла со своим подельником Фридрихом Энгельсом уже и вовсе превратили философию и «диалектический метод Гегеля» в способ откровенного надувательства и в игру в наперстки. А философия Канта — штука серьезная, Кант действительно очень близко приблизился к пониманию того, как устроен наш мир, и поэтому здесь малейшая неточность или оплошность может вывести нас на совершенно ложный путь — как небрежный мазок в картине гениального художника может испортить всю картину, или как несколько фальшивых нот могут испортить впечатление от в целом прекрасной симфонии. 

И первые шаги по выходу из философии Канта на почву онтологии мы уже сделали — когда ввели понятие вещь-для и когда устранили один из парадоксов философии Канта, тем самым проведя частичную «демистификацию» его вещи-в-себе. Правда, при этом, естественно, нам уже пришлось выйти за пределы философии самого Канта, то есть приступить к ее критике и разгрому.     

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic