kirill_nav_1

Categories:

Моя философия - 12

Таким образом, вкус яблока, — хотя и является, безусловно, уже феноменом нашего сознания и поэтому имеет насквозь субъективную природу (настолько субъективную, что вкус конкретного яблока для конкретного человека даже не может быть передан и сообщен другому человеку, то есть другому субъективному сознанию, и является квалиа), — этот вкус яблока, тем не менее, уже содержит в себе само яблоко. То есть содержит в себе познание объективного мира. Вкус яблока — как наше ощущение — уже не есть просто наше ощущение, наше сознание через свою способность ощущать лишь задает форму восприятия «внешнего» объективного мира, но содержание этого ощущения уже задается объективным миром — в данном случае яблоком и его свойствами. 

И поэтому наши ощущения, хотя и являются феноменами нашего сознания, имеют для нас такую весомость и значимость, что мы не можем их игнорировать, так как в этих ощущениях уже присутствует то, чем мы не являемся, то, что отлично от нашего сознания — объективный мир. Объективный мир, который существует независимо от нашего сознания и воли. И именно этим такие ощущения, в которых нам дан объективный мир, отличаются от других, спонтанных, феноменов нашего сознания — вроде фантазии, сна или галлюцинации, за которыми стоит лишь деятельность нашего сознания, но за которыми нет объективной реальности. Если человеку привиделась «белочка» или он «слышит голоса» без воздействия внешних предметов — то это признак серьезного расстройства психики и сознания, хотя субъективно эти «голоса», возможно, ему слышатся столь же отчетливо, как и голоса реальных людей, а «белочка» прыгает в его сознании весьма правдоподобно. 

«Вкус яблока» — это уже особая реальность, и хотя она и является реальностью нашего сознания как наше ощущение, в ней уже присутствует объективный мир. Наше сознание и яблоко здесь, говоря языком христианского богословия, существуют «неслиянно и нераздельно»: вкус яблока — это целостное и нераздельное ощущение, в котором мы уже не можем отделить наше ощущение от вкуса яблока, но в то же время мы совершенно отчетливо понимаем, что мы (наше сознание) и яблоко остаются двумя совершенно различными «вещами». И в этой реальности наше сознание задает лишь форму восприятия вкуса как способность к осязанию, содержание же этой реальности уже задается объективной вещью — яблоком. В этом ощущении мы уже познаем не только себя самих и наше сознание (нашу чувственность, способность различать вкусы и наслаждаться некоторыми из них), но и объективный мир (яблоко).

И сам Кант, — в отличие от всех этих умственно отсталых еврейчегов, которые позднее оседлали кантианскую философию и превратили ее непонятно во что, в форму субъективного идеализма, — сам Кант все это именно таким образом и понимал. Кант никогда не ставил под сомнение существование объективной реальности, и везде писал, что в наших ощущениях и опыте нам дан объективный мир, в этом опыте нам этот объективный мир является. Но у Канта возникла другая проблема — которую он так и не смог разрешить (точнее сказать, которую он решил неправильно), тем самым дав повод всем этим еврейским проходимцам существенно извратить всю свою философию.

Зададимся простым вопросом: а какой вкус имеет какое-то конкретное яблоко, висящее на дереве, до того, как мы его сорвали с дерева и начали его смачно поглощать, утоляя свой голод и наслаждаясь вкусом этого яблока? Первый ответ, который приходит в голову: «мы не знаем». Ведь для того, чтобы познать вкус яблока, нужно сначала его сорвать с дерева, а затем его надкусить и попробовать на вкус, не так ли? Но это неправильный ответ. А правильный ответ состоит в том, что, пока яблоко висит на дереве, у него НЕТ никакого своего определенного вкуса.

В самом деле, ведь вкус яблока возникает только тогда, когда это яблоко кто-то начинает кушать, и при этом этот вкус яблока существует как субъективное ощущение того, кто ест это яблоко. Вкус яблока — это вкусовое ощущение, феномен какого-то субъективного сознания. А значит, пока никто не ест это яблоко и оно просто висит на дереве — у этого яблока никакого вкуса нет и быть не может. Более того, если это яблоко будут кушать разные люди, то, хотя у него и появится вкус для этих людей, эти вкусы могут быть разные (ведь есть люди, которые не любят никакие яблоки, так как вкус любого яблока им кажется неприятным), и мы даже не будем иметь возможности их как-то сравнить. Наконец, к этому дереву может подойти жираф, но когда он затем начнет с довольным видом поедать яблоки — мы ничего не сможем сказать, каков вкус яблок для этого жирафа, помимо того, что этот вкус жирафу, похоже, очень нравится. Но мы можем предположить, что если вкус одного и того же яблока может быть различным даже для разных людей, то для жирафа этот вкус яблок может и вовсе довольно сильно отличаться от того вкуса, которое имеют яблоки для нас самих и большинства людей.

То есть в данном случае, говоря о вкусе яблока, мы имеем дело не с яблоком как оно есть само по себе — пока оно спокойно висит на дереве, а с тем, как оно нам дано в наших вкусовых ощущениях. При том, что эти вкусовые ощущения являются нашими субъективными ощущениями, и яблоку нет до них никакого дела. Да, у яблока есть свой сок и мякоть и тогда, когда оно висит на дереве, но вот какого-то определенного вкуса (и вкуса вообще) у него в этот момент не существует. Яблоко лишь ЯВЛЯЕТСЯ нам в форме вкусового ощущения, но является оно НАМ, и то, как оно нам является, уже определяется и задается не только самим яблоком (его соком и мякотью), но и субъектом, которому яблоко себя явило — в данном случае в форме вкусовых ощущений. А значит, пока нет субъекта, обладающего вкусовыми ощущениями, который поедает это яблоко — у яблока никакого вкуса не существует. И Кант именно об этом и пишет:   

…если уничтожить наши субъективные свойства, то окажется, что представляемый объект с качествами, приписываемыми ему в чувственном наглядном представлении, нигде не встречается, да и не может быть нигде найден, так как именно наши субъективные свойства определяют форму его как явления.

При этом, заметим, примерно то же самое можно сказать не только о вкусе яблока, но и о других его свойствах, которые являются нам и нашему сознанию через наши ощущения — зрительные или обаятельные. Как выглядит яблоко само по себе — без нас и нашего зрения — мы не знаем. Так как каждый раз, когда мы видим яблоко, мы видим его нашими глазами, и вид этого яблока существует как зрительное ощущение в нашем сознании.

И вот отсюда Кант и делает строгое различение между вещами-в-себе — то есть тем, как вещи (и объективный мир в целом) существуют сами по себе, без нашего сознания, и явлениями вещей, которые нам даны в нашем опыте в наших ощущениях. Ведь это явление вещи есть данность в ощущениях, а ощущения — это формы нашего субъективного сознания, а не то, какова есть вещь сама по себе, без наших ощущений и нашего сознания.            

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic