kirill_nav_1

Categories:

А при чем здесь Пифагор? Греческая философия как развитие древнеегипетских представлений. - 2

Откуда же взялось у Пифагора столь нетривиальное и столь несвойственное для прежней греческой философии учение — учение, которое определило развитие всей последующей греческой философии (да и всей человеческой интеллектуальной культуры)? От древних египтян. У меня лично в этом нет никаких сомнений. Почему я так думаю?

Во-первых, египтяне действительно были гуру. Это признавали все в Древнем Мире, все их считали самыми большими мудрецами, — египтяне и в самом деле ушли очень далеко в своей культуре. Причем не только в религиозной культуре, но и в различных науках — от математики и астрономии до прикладных ремесел и аграрных техник. И та же «теорема Пифагора» была известна в Древнем Египте и в Вавилоне за тысячу лет до Пифагора. Греки по сравнению с египтянами были просто «дети несмысшленные».  

Во-вторых, известно, что Пифагор долгое время (около 20 лет) обучался в Египте, — собственно, пифагорейцы никогда и не скрывали, что свою мудрость и свое учение Пифагор позаимствовал у египтян. И при этом, как  утверждают ученики Пифагора, египтяне его посвятили в некие тайны, которые для других инородцев были недоступны. 

И, в-третьих, очевидно, что и сам характер пифагорейской школы — как школы неких «посвященных», со своим тайным религиозно-философским обществом — имеет египетское происхождение. У греков ни до, ни после Пифагора подобных обществ никогда не было. Их философы могли блуждать по рынкам Афин и по другим городам, обитать в бочках, выкидывать всякие странности или основать свою академию (как это сделали Платон и Аристотель) — но вот создание каких-то закрытых эзотерических философских или религиозных обществ грекам было абсолютно чуждо. Они могли составлять и участвовать в политических заговорах, но именно политических, а не на основе какого-то тайного религиозно-философского общества со своим тайным учением.   

Эхнатон, египетский фараон, провозгласивший религию бога Атона официальной религией Египта.
Эхнатон, египетский фараон, провозгласивший религию бога Атона официальной религией Египта.

Подобные общества появились только в эллинистический период — и это были общества евреев. А затем, уже в Римской Империи, появились христиане, которые — из-за постоянных гонений — также скрывали свои религиозные службы, а затем уже появилось множество гностических учений и сект на основе неоплатонизма, и все подобные учения благополучно дожили в Европе до 14-16 века в форме гностицизма и оккультизма. 

Наконец, здесь очень важно понимать, откуда у самих египтян могли возникнуть подобные представления. А возникли они, конечно, из египетской религии. Египтяне были гуру в религиозных вопросах — так, что они смогли для евреев даже создать отдельную религию, иудаизм, и поставили  евреев на лыжню так основательно, что они бредут по ней до сих пор. Но в чем суть всяких религиозных обрядов? Если говорить совсем просто — то в некоем символизме. Любой религиозный ритуал имеет символический смысл и символическую значимость. Скажем, язычники, почитая какого-нибудь идола, приносят ему жертву и устраивают вокруг него пляски, то есть по сути просто переносят свои представления о каком-то языческом божестве на этот идол. Это так во всех культах и религиях, включая христианство, где каждый предмет и каждое действие во время литургии имеет свой символический смысл (иногда — даже несколько), и где все пронизано библейским и евангельским символизмом.

И египтяне это поняли. Они поняли, что и в человеческих религиозных обрядах, и в самой человеческой природе и в обществе символизм играет огромную роль — в некотором смысле, это и есть главная тайна всего бытия. И они смогли это осмыслить и отрефлексировать. А потом все это тщательно изучить. После чего уже могли и сами создавать какие-то ритуалы, вполне сознательно, то есть овладели всей этой религиозной техникой. Благодаря которой они затем с помощью Моисея и Аарона и поставили евреев на нужную лыжню, устроив им «чудесную историю» исхода из Египта.

И отсюда же — еврейский каббализм и весь вытекающий из него оккультизм (включая масонство). Конечно, египтяне мало что передали евреям о существе этих вопросов, и использовали этот семитский сброд «в темную», но, возможно, по линии первосвященников от Аарона какие-то знания все же передавались — ведь они были необходимы для развития иудаизма и его обрядов. Плюс к этому, видимо, и сами еврейчеги стали догадываться, что за их «религией Моисея» скрывается какая-то техника египтян, и начали искать эту «технику египетской магии» в своем иудаизме и в Торе. Что в итоге и вылилось в эту их поганую Каббалу.

Но ведь, с философской точки зрения, каббалистические представления очень близки к учению Пифагора или даже Платона. Каббалисты считают, что есть некие «невидимые духовные миры», в которых что-то происходит, и эти миры и события в них отражаются в видимом мире. И поэтому, воздействуя на эти миры, можно воздействовать на наш видимый мир и на события в нашем мире. То есть это чистый такой оккультизм и магия, где большую роль, как и у Пифагора, играют числа, а также имена и всякие «тайные знаки», причем магия довольно примитивная, но от глупых евреев, с их очень низким уровнем духовного, нравственного и умственного развития, было бы сложно ожидать чего-то другого. Еврейчеги, эти их «мудрецы», видимо, долго морщили свои лбы и рожицы, пытаясь понять, как же Моисей и египтяне их так ловко обвели вокруг пальца, выдворив из Египта. И вот результатом потуг этих умственно отсталых азиатов и стала Каббала.

И в какой-то момент «круг замкнулся» — иудаизм соединился с греко-римской культурой и появилось христианство. Что стало огромным потрясением как для евреев, так и для всего греко-римского мира. Египтяне создали, казалось бы, две совершенно разные и даже несовместимые традиции — религиозную традицию иудаизма, который они разработали специально для евреев и с учетом дикого и кровожадного характера этих семитов (эту традицию они передали через Моисея и Аарона), и философскую традицию, которую они передали грекам через Пифагора и которая позднее нашла свое развитие в философии Платона и Аристотеля. Ничего общего! Но потом эти две столь разные традиции неожиданно сошлись вместе — и возникло христианство. Которое вышло как религия из иудаизма, но богословие которого было сформулировано на языке греческой философии. И вдруг оказалось, что греческая философия просто идеально подходит для выражения религиозной веры и учения христианства.

Но в этом нет ничего удивительно, учитывая сказанное выше. Ведь и иудаизм, и греческая философия имеют свои корни в Египте. То есть по сути эта одна традиция, но разнесенная в своих формах. И в какой-то момент эти две линии развития египетской культуры сошлись вместе, отлично друг друга дополнив. И так возникло христианство и христианская Церковь. Богословие и религиозные обряды которой корнями уходят в Древний Египет.   

P.S. Что же касается учения Пифагора о переселении душ, то я не думаю, что это учение Пифагор взял у египтян — вероятно, египтяне просто подкинули Пифагору совершенно ложное направление развитие религиозности. Ведь сами египтяне верили в бессмертие человеческой души, души личной, которая рождается и живет в нашем мире лишь однажды. Поэтому египтяне и строили свои пирамиды, — для души, которая постоянно куда-то переселяется, это не имело бы смысла, и при этом очень похоже на то, что египтяне верили не только в бессмертие души, но и в воскресение (об этом говорит, в частности, т.н. «Книга мертвых», хотя ее правильней было бы назвать «Книгой Воскресения», и сами египтяне называли эту книгу «Главы о выходе к свету дня»). По крайней мере, ясно, что для египтян проблема смертности человека была центральной в их религии и культуре. Отношение к смерти у греков, как и у других малоразвитых язычников, было совсем другим, и такого глубокого трагического и личностного переживания смертности человека в греческой культуре не было.

И в рамках философского учения Пифагора это учение о переселении душ смотрится вполне естественно — ведь душа тоже должна быть чем-то вроде числа, а числа, существуя отдельно от вещей, могут лишь в них присутствовать или воплощаться, но потом, с разрушением вещи, они не исчезают, а продолжают воплощаться в другие вещи. Поэтому и душа, с разрушением тела, в учении Пифагора должна была просто находить свое новое воплощение — как и числа. И весь этот круговорот с переселением душ в целом был вполне в духе всего греческого языческого мировоззрения — ведь в природе все постоянно рождается, а затем умирает и снова рождается. То есть здесь египтяне Пифагора очень сильно наипали, дав ему правильное направление для развития философии, но совершенно неправильные и тупиковые религиозные представления, близкие и понятные грекам. Хотя у самих египтян религиозные представления, очевидно, были совсем другие — очень близкие к христианским и современным, где в центре оказывается человеческая личность, которая подвержена смерти.

Впрочем, уже у Платона учение у душе (изложенное в диалогах «Тимей» и «Федр») несколько сложнее. Душа человека бессмертна и сначала существует в мире идей, и лишь затем воплощается в тело. И в своем познании человек лишь «припоминает» то, что душа видела в мире идей до своего воплощения. После же смерти душа попадает в рай или в ад. Но через тысячу лет душе «дается новый шанс» — избрать себе материальное тело. Души, которые три раза подряд выбирают образ жизни философов, «срывают джекпот» и выигрывают, то есть прекращают дальнейшие перерождения и погружаются в божественное спокойствие. Все остальные переселяются по земным телам (иногда даже и не человеческим) десять тысяч лет. В общем, Платоша тут накрутил черт знает что, но ему как-то нужно было вписать учение о душе в свое философское учение в целом, и здесь он также вполне следовал за учением Пифагора.

 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic